Книга Игоря Лосева «Осознанные сновидения. Твоя скрытая Суперсила»

«В дет­стве, когда мне было око­ло четы­рех или пяти лет, меня пре­сле­до­вал один и тот же кошмар.

Я выхо­дил из сво­ей ком­на­ты в сумрач­ный, казав­ший­ся бес­ко­неч­ным кори­дор. Напро­тив, слов­но чер­ная дыра, зия­ла дверь в неосве­щён­ную ван­ную. И из этой без­дон­ной тем­но­ты мед­лен­но про­яв­ля­лась без­ли­кая тём­ная фигу­ра, силу­эт кото­рой напо­ми­нал жен­щи­ну. Её без­молв­ный взгляд насти­гал меня, и я зами­рал, ско­ван­ный леде­ня­щим, все­по­гло­ща­ю­щим ужа­сом. А затем, разо­рвав тиши­ну рез­ким дви­же­ни­ем, она стре­ми­тель­но бро­са­лась впе­рёд — через узкую поло­су све­та из моей комнаты.

Холод­ные руки хва­та­ли меня за ноги и с нече­ло­ве­че­ской силой влек­ли обрат­но, в чёр­ный про­вал две­ри. Я не мог поше­ве­лить­ся, не мог крик­нуть, мог лишь видеть, как уда­ля­ет­ся спа­си­тель­ный свет моей ком­на­ты. Зата­щив меня внутрь, она начи­на­ла мед­лен­но закры­вать дверь. И вот в щели оста­вал­ся лишь тон­кий лучик све­та — послед­няя грань меж­ду мной и без­раз­дель­ной тьмой. В тот самый миг, когда этот луч дол­жен был погас­нуть навсе­гда, я выры­вал­ся из сна, про­сы­па­ясь с сорван­ным, хрип­лым криком.

Сон повто­рял­ся так часто, что роди­те­ли уже изне­мо­га­ли от моих ноч­ных про­буж­де­ний. В кон­це кон­цов я при­знал­ся, что про­сто боюсь засы­пать. И они, спо­кой­но и муд­ро, объ­яс­ни­ли мне то, что ста­ло пер­вым и глав­ным клю­чом. Они ска­за­ли понят­ную, оче­вид­ную для взрос­ло­го вещь, кото­рая мне, ребён­ку, в голо­ву не при­хо­ди­ла: «Что бы ни про­ис­хо­ди­ло во сне — ты в пол­ной без­опас­но­сти. Это все­го лишь сон. Ты можешь проснуть­ся в любой момент».

Эта идея изме­ни­ла всё.

Кош­мар повто­рял­ся несколь­ко раз в неде­лю, и каж­дая новая встре­ча с тем­ной фигу­рой ста­но­ви­лась для меня экс­пе­ри­мен­том. Я, пом­ня совет роди­те­лей, пытал­ся проснуть­ся по сво­ей воле пря­мо внут­ри сна: изо всех сил зажму­ри­вал гла­за и рез­ко откры­вал их. Сна­ча­ла ниче­го не выхо­ди­ло. Но уже со вто­рой или тре­тьей попыт­ки — сработало.

Я ощу­тил двой­ную реаль­ность: страх в кош­ма­ре и твер­дую поверх­ность сво­ей кро­ва­ти в тем­но­те ком­на­ты. И в сле­ду­ю­щее мгно­ве­ние я уже был здесь, по-насто­я­ще­му проснув­ший­ся. У меня получилось.

Тогда во мне созрел дет­ский, но пора­зи­тель­но точ­ный вывод: раз я пони­маю, что это сон, и могу в любой момент проснуть­ся — зачем вооб­ще убе­гать? Это мой сон. И зна­чит, я в нём — хозя­ин. Не пом­ню, как имен­но при­шла эта мысль, но она пере­вер­ну­ла всё. Я при­нял твёр­дое наме­ре­ние: в сле­ду­ю­щий раз не спа­сать­ся бег­ством в реаль­ность, а дать отпор сво­е­му сно­ви­ден­но­му врагу.

И когда та самая фигу­ра сно­ва мате­ри­а­ли­зо­ва­лась в глу­бине кори­до­ра, про­изо­шло неве­ро­ят­ное. Вме­сто того что­бы в ужа­се бро­сить­ся прочь, я, собрав всю свою дет­скую отва­гу, стре­ми­тель­но под­бе­жал к ней, схва­тил за ноги и отта­щил в свою ком­на­ту, зава­лен­ную игруш­ка­ми. Бро­сив её на пол, я твёр­до заявил: «Теперь ты — моя! Будешь со мной играть». Во что мы игра­ли, я уже не пом­ню — воз­мож­но, в куби­ки или сол­да­ти­ков. Но в тот миг слу­чи­лось чудо: источ­ник невы­ра­зи­мо­го стра­ха пре­вра­тил­ся в без­обид­но­го союз­ни­ка. Так и нача­лась моя прак­ти­ка: я пере­стал быть бес­по­мощ­ной жерт­вой сно­ви­де­ния и обрёл над ним власть.

Этот опыт изме­нил меня навсе­гда. Я стал сме­лее в мире сно­ви­де­ний, а инте­рес к тому, что­бы ими управ­лять, толь­ко креп. Внут­ри проснул­ся малень­кий иссле­до­ва­тель. Мне было не у кого и негде учить­ся — я рос в самой обыч­ной семье, где роди­те­ли духов­ны­ми прак­ти­ка­ми не инте­ре­со­ва­лись. Учеб­ни­ков по осо­знан­ным снам у меня не было, да и читать я в том воз­расте ещё не умел. Всё, что у меня было — это соб­ствен­ное любо­пыт­ство и сме­лость экс­пе­ри­мен­ти­ро­вать. Сна­ча­ла осо­знан­ные сны рож­да­лись из стра­ха, но потом я доба­вил про­стую под­го­тов­ку: перед сном я напо­ми­нал себе, что ско­ро ока­жусь в про­стран­стве сно­ви­де­ния, что это без­опас­ный, мой мир, и в нём я могу делать всё, что захо­чу. Я зара­нее пред­став­лял, чем буду зани­мать­ся — и это работало.

Так, без тер­ми­нов и тео­рий, начал­ся мой путь сно­вид­ца. Я тогда даже не знал слов «осо­знан­ные сно­ви­де­ния», но уже жил ими.»