Прошлая жизнь: писатель

Диа­на Орлан 

Регрес­сия в про­шлую жизнь про­ве­де­на для муж­чи­ны 28 лет в Москве вес­ной 2015 года. Регрес­со­лог – Диа­на Орлан. В дан­ной ста­тье при­во­дит­ся рас­сказ кли­ен­та спу­стя два дня после погружения.

«Регрес­со­лог – при­ят­ная, уве­рен­ная в себе жен­щи­на. Встре­ти­ла меня очень дру­же­люб­но. Схо­ду спро­си­ла: какой у Вас вопрос? Я немно­го рас­те­рял­ся, пото­му как дога­ды­вал­ся, что мой вопрос про­зву­чит «не очень». Все рав­но, озву­чил тор­же­ствен­но: «я хочу отпра­вить­ся в про­шлую жизнь!»

- Так Вы при­шли сюда ста­вить экс­пе­ри­мент? Вы хоти­те знать, есть ли про­шлые жиз­ни? Я Вам заяв­ляю – есть. Даль­ше что?

- Ну, – засу­е­тил­ся я. – В рам­ках акции «хочу все знать…». Никто ведь не впра­ве осу­дить чело­ве­ка за жела­ние узнать что – либо, – поду­мал я про себя.

- А что Вы соби­ра­е­тесь делать с этим зна­ни­ем? – наста­и­ва­ла Диана.

Бегу­щей стро­кой в под­со­зна­нии: «ясно что, кон­со­ли­ди­ро­вать зна­ния раз­лич­ных сфер, син­те­зи­ро­вать новое, при­ме­нять его, что­бы загля­нуть туда, куда пред­сто­ит когда – либо загля­нуть чело­ве­че­ству. Иссле­до­вать неиз­ве­дан­ное.» Но напе­вать этот гимн иссле­до­ва­те­ля я все же не стал. Вме­сто это­го пере­би­рал вари­ан­ты пунк­тов назна­че­ния для путе­ше­ствия. В голо­ву, как назло, не при­хо­ди­ло ниче­го дельного.

Диа­на охот­но поде­ли­лась со мной при­ме­ра­ми вопро­сов и я почув­ство­вал, что дей­стви­тель­но могу отпра­вить­ся в одну из самых счаст­ли­вых сво­их жиз­ней, или в ту жизнь, где был зна­ме­нит или очень богат, и вспом­нить уро­ки, кото­рые извлек из них.

Нет, день­ги, сла­ва – это все неин­те­рес­но, – раз­мыш­лял я. Но я бы отпра­вил­ся в то вопло­ще­ние, где я, пишу или пыта­юсь что-нибудь напи­сать. Этот вопрос не был умо­за­клю­че­ни­ем, а про­сто всплыл вдруг на поверх­ность созна­ния, слов­но в ряду вопро­сов кто-то толк­нул его в спи­ну рукой, мне оста­ва­лось лишь озву­чить его.

- Что же, попро­бу­ем, готовы?

Через пару минут, после дюжи­ны «рас­слабь­тесь там и вот там», не слу­шай­те то, слу­шай­те это, успо­кой­те мыс­ли, я, по пред­ло­же­нию Диа­ны, пере­нес­ся в один из при­ят­ных сол­неч­ных дней мое­го дет­ства. Мы сиде­ли на бере­гу в ком­па­нии роди­те­лей и их дру­зей на бере­гу реки, кото­рый закан­чи­вал­ся невы­со­ким обры­вом. Взрос­лые сиде­ли в тени дере­вьев, гром­ко раз­го­ва­ри­ва­ли и шути­ли. Мы с бра­том уди­ли рыбу.

Даже не думал, что мне удаст­ся так отчет­ли­во вспом­нить игру све­та и тени пере­ми­на­ю­щих­ся на вет­ру дере­вьев, радость от пой­ман­ной несчаст­ной мел­кой рыбё­хи, и то, как звон­ко она билась о дно кон­серв­ной бан­ки. Как пред­ло­жил ее потом соба­ке и огор­чил­ся, когда пёс пре­не­брег уго­ще­ни­ем. Как мы потом бега­ли с ним наперегонки.

Но нуж­но было дви­гать­ся дальше.

По прось­бе Диа­ны я пред­ста­вил кори­дор с дверь­ми, кото­рые пред­став­ля­ли мои преды­ду­щие вопло­ще­ния. Мне уда­лось хоро­шо рас­сла­бить­ся. Состо­я­ние тран­са прак­ти­че­ски ничем не отли­ча­лось от обыч­но­го бодр­ство­ва­ния с закры­ты­ми гла­за­ми, – отме­тил я. Одна­ко, когда я пытал­ся оки­нуть внут­рен­ним взо­ром объ­ек­ты, кото­рые всплы­ва­ли пря­мо из глу­бин под­со­зна­ния, я почув­ство­вал непро­из­воль­ные, рит­ми­че­ские судо­рож­ные дви­же­ния глаз­ных яблок. Испы­ты­вать тако­го наяву мне рань­ше не дово­ди­лось. Тогда я заклю­чил, что это непод­дель­ный транс, после чего выбрал одну из бес­чис­лен­ных две­рей в кори­до­ре, дере­вян­ную, с круг­лой латун­ной руч­кой, открыл ее, и сде­лал шаг.

Белый свет. Не вид­но ни сте­нок, ни потол­ка. Хотя я могу пере­ме­щать­ся по это­му про­стран­ству. Не полу­чи­лось, – поду­мал я. Разум мол­ние­нос­но при­нял­ся объ­яс­нять неуда­чу. Либо я нико­гда ниче­го не писал, либо я про­сто не могу ниче­го уви­деть. Либо.. Я бы и даль­ше пере­би­рал вари­ан­ты, если бы не услы­шал, как настой­чи­во Диа­на пыта­ет­ся быть услы­шан­ной: «Что Вы видите?»

- Ниче­го. Свет. Про­сто белый свет на 360.

- Очень хоро­шо. Дви­гай­тесь даль­ше. Вы може­те дви­гать­ся вверх или в сторону.

То, что все идет в рам­ках пла­на, при­да­ло мне уве­рен­но­сти. В тот же миг я пред­ста­вил, как под­ни­ма­юсь вверх. Слои реаль­но­сти как дон­ные мор­ские отло­же­ния сме­ня­ли друг дру­га, пока я не ока­зал­ся на зеле­ном лугу. В ясный сол­неч­ный день я сто­ял и смот­рел, как вда­ле­ке горит дерев­ня. Веро­ят­но, что я отпра­вил­ся на про­гул­ку. Беда слу­чи­лась без мое­го ведо­ма. Я дога­ды­вал­ся, что ско­рее все­го в этом полы­ха­ю­щем кост­ро­ви­ще нахо­дит­ся и мой дом. Спа­сать что-либо было бес­смыс­лен­но. Вме­сто это­го я пред­ста­вил, как при­бли­жа­юсь к дому, вре­мя одно­вре­мен­но отма­ты­ва­лось назад, огонь потух. Я очу­тил­ся на поро­ге дома, кото­рый казал­ся самым обыч­ным, какой толь­ко мож­но пред­ста­вить. Одно­этаж­ный, сло­жен­ный из бре­вен, вре­мя изряд­но потру­ди­лось над ним – дре­ве­си­на места­ми выго­ре­ла от солн­ца и почернела.

Я зашёл в дом. Убран­ство было очень скром­ным, под стать дому. В углу я сра­зу заме­тил кро­вать, рядом с кото­рой сто­ял стол из чер­ной дре­ве­си­ны и самый обыч­ный дере­вян­ный табу­рет. Я при­нял­ся изу­чать вещи на сто­ле, их было немно­го: чер­ниль­ни­ца, оплав­лен­ная све­ча, гуси­ное перо и вну­ши­тель­ных раз­ме­ров руко­пись в твер­дом пере­пле­те, испи­сан­ная наполовину.

Пыта­ясь раз­гля­деть место про­ис­ше­ствия, я смот­рел не толь­ко сна­ру­жи, но и внутрь себя. Я обна­ру­жил себя сред­них лет, сухим и под­жа­рым муж­чи­ной. Я был очень про­сто одет, неко­то­рые части одеж­ды похо­ди­ли на лох­мо­тья, но сама одеж­да была чистой. Я напо­ми­нал себе отшель­ни­ка. Рядом со мной не было ни одно­го род­но­го чело­ве­ка. Я доб­ро­воль­но заклю­чил себя в этом убе­жи­ще, что­бы рабо­тать над кни­гой. Сколь­ко я ни всмат­ри­вал­ся – не смог понять смысл напи­сан­но­го. Язык был незна­ком мне. Я видел, как тща­тель­но, с любо­вью, выво­жу пером каж­дый символ.

Я понял, что сго­рел весь мой труд. Я видел муж­чи­ну лежа­щим на зем­ле, лицо его было мокрое от слез. В этот момент я почув­ство­вал, что силы гра­ви­та­ции мно­го­крат­но уси­ли­лись. Меня бук­валь­но вда­ви­ло в крес­ло. Я не смог бы под­нять­ся с зем­ли (крес­ла) даже если бы очень захо­тел. Муж­чи­на нахо­дил­ся в пол­ном отча­я­нии. Идти ему было некуда.

Вре­мя сде­ла­ло длин­ный ска­чок впе­ред. Спу­стя несколь­ко меся­цев я нашел себя при­служ­ни­ком како­го-то духов­но­го орде­на в хра­ме, рас­по­ло­жен­ным где-то сре­ди гор. Цер­ковь была явно с эле­мен­та­ми готи­ки. Мона­хи носи­ли длин­ные бала­хо­ны с капю­шо­на­ми. Я стал одним из них. Я видел себя зани­ма­ю­щим­ся пере­пи­сы­ва­ни­ем рели­ги­оз­ных тек­стов. С таким же ста­ра­ни­ем, как и преж­де, я выво­дил каж­дый сим­вол, в душе моей воца­ри­лось спокойствие.

Спо­кой­ствие, глу­бин­ное и очень при­ят­ное. Я понял, что готов завер­шать своё путе­ше­ствие, и через несколь­ко мгно­ве­ний вернулся.

Я проснул­ся, отрях­нул­ся. Выго­во­рил­ся. Встал, потянулся.

И отпра­вил­ся гулять по горо­ду, в вос­крес­ное мос­ков­ское утро.»

Диана Орлан
Психолог, регрессолог

Запи­сать­ся на сеанс или обу­че­ние ПОДРОБ­НЕЕ

0 комментариев

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

العربيةEnglishFrançaisDeutschРусскийEspañol