РЕГРЕССИЯ «Шотландский отшельник»

Диа­на Орлан 

Регрес­сант­ка погру­жа­ет­ся в жизнь муж­чи­ны в Север­ной Шот­лан­дии (народ­ность носит назва­ние гэлы, шот­ланд­ские гор­цы), кото­рый живёт доста­точ­но уеди­нён­но, зани­ма­ет­ся охо­той, соби­ра­ет жел­то­ва­тые цит­ри­ны и обме­ни­ва­ет их на нуж­ные ему пред­ме­ты в деревне.

Он любит слу­шать волын­ку, на кото­рой игра­ют на празд­ни­ках в деревне. Регрес­сант­ка подроб­но рас­ска­зы­ва­ет о том, что такое шот­ланд­ский килт, зачем музы­кан­ту сумоч­ка, дру­гие дета­ли быта тех вре­мён. Чем живёт отшель­ник Улло, что слу­чи­лось с его семьёй и как слу­чай­ная жесто­кая смерть заста­ла его в лесу по доро­ге в дерев­ню? Вы узна­е­те из отрыв­ка из регрессии.

Пред­по­ло­жи­тель­ный год смер­ти отшель­ни­ка по ощу­ще­ни­ям регрес­сант­ки ‑1720.

Далее регрес­сант­ка пере­ме­сти­лась в про­стран­ство Жиз­ни меж­ду Жиз­ня­ми, где пооб­ща­лась на очень лич­ные темы с Настав­ни­ком сво­ей души, в том чис­ле осо­зна­вая уро­ки той жиз­ни и ощу­ти­мые цен­но­сти сво­ей сего­дняш­ней жизни.

Регрес­со­лог Диа­на Орлан.

- Севе­ро-запад Шот­лан­дии. В основ­ном в горах, прак­ти­че­ски отшель­ни­ки. Сюда роди­те­ли бежа­ли, от гоне­ний, от рево­лю­ций какой-то, и я родил­ся уже здесь. Ниче­го дру­го­го не знаю. Я дикий.

- Ты мужчина?

- Да, такой круп­ный, высокий.

- Сколь­ко тебе сей­час лет примерно?

- Я вдо­вец, мне 27.

- Что слу­чи­лось с тво­ей семьёй?

- Я нашёл себе девуш­ку в даль­ней деревне, при­вёз сюда. Её были рады сбаг­рить хоть куда-то, а я был рад при­вез­ти её ко мне. Мы дол­го караб­ка­лись, она была не рада, но мол­ча­ли­ва. Она при­ня­ла всё, что ей послал бог в виде меня и мое­го нехит­ро­го хозяй­ства. Мы родили…вернее, она забе­ре­ме­не­ла и умер­ла при родах вме­сте с ребён­ком. Я вдо­вец. Я как был один, один остал­ся. Ниче­го не инте­рес­но. Лазил в горы. Я знаю одно место, одну копаль­ню, там я нахо­жу кра­си­вые камни.

- Можешь туда пере­ме­стить­ся сей­час? Раз, два, три. Кра­си­вые кам­ни, расскажи.

- Они похо­жи на смо­лу. Свет­лая смо­ла. Как янтарный…янтарь…мне удалось…сначала я бро­сал­ся кам­ня­ми, чирк­ну­ло, отко­ло­лось что-то и появи­лись камеш­ки. Они похо­жи на паль­цы, ост­рые вер­шин­ки схо­дят­ся в одной точ­ке. Бла­го­да­ря это­му я мог купить…сходить в дерев­ню и на эти камеш­ки менять всё, что мне нуж­но. То есть я попра­вил своё хозяй­ство нехит­рое. Живот­ных у меня нет, зани­ма­юсь либо рыбо­лов­ством, либо охо­той, но я дикий, сто­ро­нюсь людей.

- Рас­ска­жи ещё про эти камеш­ки. Они име­ют цен­ность для людей?

- Гла­за у них бле­стят, и я вижу алч­ность в их гла­зах. Я эти камеш­ки пря­чу, я знаю, что людям дове­рять нель­зя. И слу­чи­лось так, что я зарыл в горш­ке с золой, а кам­ни поме­ня­ли цвет.

- С како­го на какой?

- Со свет­ло­го на дымчато-серый.

- А они про­зрач­ные, если смот­реть на свет?

- Не совсем про­зрач­ные, жел­то­ва­тый, как цвет ночи.

- Ты зна­ешь назва­ние этим камням?

- Цит­рин.

- Хоро­шо. Ты живёшь совсем один или с кем-то ино­гда общаешься?

- Я при­хо­жу, когда мне тош­но, на празд­ни­ки в дерев­ню, что­бы напить­ся и слу­шать музы­ку, волынку.

- У вас есть волын­ка. Пере­ме­стись туда, где на одном из празд­ни­ков игра­ет волын­ка. Про­сто дай послу­шай эту мело­дию. Вслушивайся.

- Тоск­ли­во. Я сей­час буду пла­кать (пла­чет).

- Дыши. Ты пла­чешь от музыки?

- Да.

- Опи­ши, пожа­луй­ста, какая сама мело­дия – груст­ная, мед­лен­ная, быстрая?

- Груст­ная.

- А кто играет?

- Парень, пас­тух, волынщик.

- Опи­ши это­го пар­ня, пожа­луй­ста. Мы ещё не зна­ем вашей внеш­но­сти. Какой он?

- Он с рыжей бород­кой, моло­дой, куче­ря­вый. У него берет, подран­ный, но с бала­бо­ном…. у него что-то зелё­ное, тоже подран­ное навер­ху. Всё из шер­сти. Из гру­бой шер­сти и килт. Зато новая сумоч­ка. Он сумоч­ку раз­до­был за хоро­шую игру. А всё осталь­ное – как оборванец.

- Что он дер­жит в сумочке?

- Вся­кие мело­чуш­ки. Не пока­зы­ва­ют обыч­но, что носят, но обыч­но вся­кие мело­чи, всё, что нуж­но в хозяй­стве себе.

- А кожа у него свет­лая, как у европейца?

- Свет­лая, даже я бы ска­за­ла, с розо­вым, как бы поро­ся­чьим оттенком.

- А воло­сы? Бород­ка у него рыжая, а воло­сы длин­ные, короткие?

- А воло­сы вскло­ко­чен­ные, чуть ниже уха.

- А ты сам уме­ешь на волын­ке играть?

- Нет, я могу толь­ко выть.

- Ска­жи, пожа­луй­ста, про килт. Поче­му вы носи­те имен­но такую одежду?

- В ней удоб­но бегать, в ней удоб­но согре­вать­ся зим­ни­ми вече­ра­ми, но туда лезут кома­ры, куса­ют. Голые колени.

- А чем у тебя голе­ни закры­ты и стопы?

- На гет­ры похо­же, и из шер­сти и свер­ху кожа­ные сапо­ги на шну­ров­ке. Высо­кая шну­ров­ка, под­дер­жи­ва­ю­щая эти гет­ры, гольфы.

- Пря­мо на сапо­гах шнуровка?

- Да. А шну­ров­ка похо­жа на…как у гетер. Высо­кие босо­нож­ки, толь­ко это не босо­нож­ки, это сапоги.

- А шну­ров­ка из како­го материала?

- Вро­де как жилы животных.

- У вас есть какие-то живот­ные? Ты зна­ешь о каких-то животных?

- Я не знаю, я купил на камеш­ки всё самое лучшее.

- Ты купил на камеш­ки и ушёл опять к себе?

- Я ухо­жу. Бро­жу по лесам, а боль­ше люб­лю ходить у озера.

- Иди сей­час туда, где ты любишь нахо­дить­ся, туда, где твоя душа поёт, при­ят­ное место на природе.

- Поля­на у озера.

- Сей­час какое вре­мя года?

- Ран­няя осень. Тихо, хорошо.

- Рас­ска­жи про озеро.

- Оно вытя­ну­то, на нём два малень­ких ост­ро­ва. Но озе­ро глу­бо­кое. И надо достать лод­ку, пото­му что с бере­га не шиб­ко мож­но чего-то сло­вить. Мне нра­вит­ся здесь, а ещё мне нра­вит­ся слу­шать вол­чий вой. Вол­ки воют, зна­чит здесь, есть оле­ни. Зна­чит, мож­но кого-то подстрелить.

- А чем ты стреляешь?

- Какое-то ружьё, длинное.

- Как ты заря­жа­ешь ружьё?

- Что-то засо­вы­ваю, что-то под­тал­ки­ваю палоч­кой, какой-то спе­ци­аль­ной. Что-то засы­паю. Порох. Руки чёр­ные, грязные.

- Научи, пожа­луй­ста, охо­тить­ся на оле­ня, как его най­ти, они же очень быст­рые. Рас­ска­жи гла­за­ми охот­ни­ка, как это?

- Нуж­на выдерж­ка, наблю­да­тель­ность. Смот­реть, где пти­ца нач­нёт кри­чать, там кто-то есть, кто-то идёт. Нуж­но занять пози­цию воз­ле тро­пы и ждать, кто вый­дет. Люди обыч­но гром­че мед­ве­дей, шумят, хри­пят, мусо­рят. Если это хищ­ник, луч­ше быть, что­бы ветер тебе в лицо шёл, что­бы тебя не услы­ша­ли. А ещё луч­ше выво­зить­ся в гря­зи, что­бы не было запа­ха тво­е­го чело­ве­чье­го слышно.

- А кто там хищ­ник? Ты ведь зна­ешь о них, кто угро­за тво­ей жизни?

- Мед­ве­ди есть, и вол­ки. Вол­ки ста­ей. Но от них мож­но и на дере­во залезть, им надо­ест, слиш­ком голод­но ждать, дол­го. А я при­вык­ший к голо­ду. От мед­ве­дя хуже. Луч­ше не попадаться.

- Итак, ты часто быва­ешь на при­ро­де и очень ред­ко с людь­ми. Что ещё ты любишь делать?

- Когда тош­но, воз­вра­ща­юсь к роди­тель­ско­му дому. Постою. О! Я сде­лал там в ручье перед домом купаль­ню. Я обло­жил её кам­ня­ми, я там моюсь.

- А какая там вода?

- Ледя­ная. Леде­ню­чая вода, но это воз­мож­ность помыть­ся, ибо я всё вре­мя воняю. Не моюсь. Ох, холод­но, всё вымер­за­ет. Голы­шом ложишь­ся в лож­би­ну из воды, ледя­ная вода тебя обка­ты­ва­ет, выны­ри­ва­ешь отту­да весь крас­ный от холо­да. Оде­ва­ешь килт и гре­ешь­ся, дела­ешь костёр.

- Какая у вас там рас­ти­тель­ность, для костра?

- Вез­де дере­вьев пол­но у под­но­жья. Роди­те­ли выстро­и­ли так дом, что его сни­зу не вид­но, как бы замкнут коль­цом из дере­вьев. Дым кост­ра, навер­ное, вид­но, а дома не вид­но, поэто­му они про­жи­ли здесь дол­го, пока не ушли. В дру­гой мир. Я ухо­дил, они умер­ли, я при­шёл, их уже нет в живых.

- А мож­но я тебя спро­шу, в тво­ём миро­воз­зре­нии куда ухо­дят люди после смерти?

- К богу, на небо. Они мне ниче­го не гово­ри­ли, я не знаю, но я люб­лю смот­реть на солн­це и на звёзды.

- Давай пой­дём в какой-то ноч­ной эпи­зод, когда ты смот­ришь на звёз­ды, перемещайся.

- Я у дома сижу, здесь хоро­ший вид.

- Сей­час спо­кой­но тебе?

- Да. Жур­чит ручей и какая-то пти­ца уха­ет. Тишина.

- А сколь­ко про­шло вре­ме­ни после смер­ти тво­ей жены?

- Четы­ре года.

- У тебя не было мыс­лей най­ти дру­гую женщину?

- Нет, я пом­ню её запах и не хочу другую.

- Хоро­шо, если в этой жиз­ни есть ещё инте­рес­ное, может быть, самое важ­ное собы­тие в его жиз­ни, пожа­луй­ста, пере­ме­щай­ся. Можешь дви­гать­ся во вре­ме­ни впе­рёд или назад внут­ри той жиз­ни. Раз, да, три.

- Меня убили.

- Уби­ли как?

- Чет­ве­ро про­хо­дя­щих по лесу, слу­чай­но наткну­лись на меня, уби­ли в спи­ну, от страха.

- Они испугались?

- Да. И захо­те­ли пожи­вить­ся, что у меня есть. Сами не ожи­да­ли, наткну­лись случайно.

- Куда попа­ли по телу, со спины?

- В лопат­ку, в сердце.

- А чем?

- Ружьём. Я ушёл сра­зу, я даже не пом­ню, что про­изо­шло. Я слы­шал их, но не ожидал.

- Пожа­луй­ста, вдох, и душа выхо­дит из тела и под­ни­ма­ет­ся над телом.

- Они меня обыс­ки­ва­ют. Они залез­ли мне в сумоч­ку, забра­ли камеш­ки. Ружьё, порох.

- А тело оставили?

- Швыр­ну­ли в лесу.

- Мы можем пере­ме­стить­ся поз­же и посмот­реть, что ста­ло с телом?

- Кто-то заки­дал кам­ня­ми, в виде над­гро­бья, но яму не рыли. Что­бы не рас­тас­ка­ли живот­ные, поки­да­ли кам­ней свер­ху, не заморачивались.

- Это уже не эти люди, а кто-то другой?

- Это была тро­па к деревне, поэто­му там ходят люди. А я, видать, шёл в дерев­ню на обмен.

Диана Орлан
Психолог, регрессолог

Запи­сать­ся на сеанс или обу­че­ние ПОДРОБ­НЕЕ

0 комментариев

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

العربيةEnglishFrançaisDeutschРусскийEspañol
Перейти к верхней панели