Гармоничная жизнь в паре. Групповая регрессия с Дианой Орлан и Андреем Смовржецким

Любовь и отно­ше­ния – одна из клю­че­вых тем для запро­сов пси­хо­ло­гу, регрес­со­ло­гу и в поис­ко­вые систе­мы. Нам важ­но любить и быть люби­мы­ми, чув­ство­вать под­держ­ку и теп­ло от сво­е­го парт­нё­ра. Часто в сего­дняш­ней жиз­ни отно­ше­ния в паре быва­ют не самы­ми глад­ки­ми. При этом в памя­ти прак­ти­че­ски каж­дой души есть опыт счаст­ли­вых отношений.

В регрес­сии в одну из сво­их гар­мо­нич­ных жиз­ней в паре мож­но напи­тать­ся ресур­сом и узнать соб­ствен­ную фор­му­лу сча­стья, что­бы затем адап­ти­ро­вать к сего­дняш­ней жиз­ни. Часто само пони­ма­ние сча­стья и чув­ство­ва­ние силы люб­ви даёт импульс на каче­ствен­ное улуч­ше­ние отно­ше­ний в сего­дняш­ней жиз­ни. Впро­чем, сто­ит прой­ти соб­ствен­ную регрес­сию в гар­мо­нич­ную жизнь в паре и сде­лать свои откры­тия на практике.

Спе­ци­аль­но для про­ве­де­ния очной груп­по­вой регрес­сии по теме гар­мо­нич­ной жиз­ни в паре будут при­гла­ше­ны двое веду­щих – муж­чи­на и жен­щи­на, опыт­ные регрес­со­ло­ги Диа­на Орлан и Андрей Смо­вр­жец­кий.

22 декаб­ря в 18:45 Мск груп­по­вая регрес­сия с Диа­ной Орлан и Андре­ем Смовржецким

Тема встре­чи: «Гар­мо­нич­ная жизнь в паре»

Место про­ве­де­ния – Сту­дия йоги «Пре­ма» (г. Москва, мет­ро Измай­лов­ская, ул. 3‑я Пар­ко­вая, 33)

Моя первая жизнь на Земле. Групповая регрессия с Дианой Орлан

Диа­на Орлан 

На про­шед­шей в минув­шие выход­ные дни кон­фе­рен­ции «Непо­знан­ное» была про­ве­де­на груп­по­вая регрес­сия. Мы иссле­до­ва­ли первую жизнь сво­ей души на пла­не­те Земля.

Из 36 собрав­ших­ся участ­ни­ков боль­шин­ство успе­ло рас­сла­бить­ся и погру­зить­ся в память про­шло­го через меди­та­цию и голо­со­вое веде­ние. Я исполь­зо­ва­ла тех­ни­ку вспо­ми­на­ния сво­ей про­шлой жиз­ни «Гло­бус» автор­ства мое­го учи­те­ля по эрик­со­нов­ско­му гип­но­зу про­фес­со­ра М. Р. Гинзбурга.

Поде­люсь откры­ти­я­ми участ­ни­ков: несколь­ко чело­век уви­де­ли и ощу­ти­ли свои чело­ве­че­ские жиз­ни, в том чис­ле жизнь индей­ца и его обря­до­вые похо­ро­ны и жизнь пер­во­быт­но­го чело­ве­ка, напо­ми­на­ю­ще­го обезьяну.

Кто-то обна­ру­жил себя пинг­ви­ном, сколь­зя­щим в воду и игра­ю­щим с со сво­и­ми детьми – пинг­ви­ня­та­ми. Из обрат­ной свя­зи регрес­сан­тов сле­до­ва­ло, что пер­вым впе­чат­ле­ни­ем души было и необыч­ное ощу­ще­ние себя тучей, ост­ро­ко­неч­ной ска­лой, цып­лён­ком, стре­ко­зой с уди­ви­тель­ным стро­е­ни­ем глаз, при­жи­ма­ю­щим­ся к зем­ле вара­ном, улит­кой в джун­глях сре­ди зеле­ни, пред­ста­ви­те­лем сти­хии воды, энер­ге­ти­че­ским суще­ством без тела и даже древним кед­ром с ярки­ми зелё­ны­ми поч­ка­ми, насла­жда­ю­щим­ся солнцем.

Я бла­го­да­рю регрес­сан­тов, поз­во­лив­ших про­ци­ти­ро­вать подроб­ное опи­са­ние полу­чен­ных ими впечатлений.

С нами делит­ся та, кто ощу­ти­ла себя огнен­ным метео­ри­том, попав­шим в ядро Зем­ли, и та, кто с удив­ле­ни­ем обна­ру­жи­ла себя «боль­шой кошкой»:

«Центр Мек­си­ки, я дви­жусь с огром­ной ско­ро­стью, я – огнен­ный метео­рит, в ряду дру­гих метео­ри­том вы вре­за­ем­ся в зем­лю. Я в виде огром­но­го огнен­но­го шара, вокруг меня аме­ти­сты, синий аме­тист выдер­жал мой жар, а дру­гие кри­стал­лы рас­та­я­ли и стек­ли, а кри­стал­лы аме­ти­ста как буд­то зака­ли­лись и све­ти­лись ещё боль­ше. Даль­ше я как буд­то соеди­ня­юсь с внут­рен­ней лавой зем­ли. Мы здесь для того, что­бы помочь Зем­ле пере­ро­дить­ся через извер­же­ние вул­ка­на. И это пери­од гло­баль­но­го пере­рож­де­ния, сме­на эпох матуш­ки Зем­ли, и для меня и сей­час это – энер­гия серд­ца и энер­гия огня – действие».

«Диа­на, доб­рый день! Я – та, кото­рая была в про­шлой жиз­ни боль­шой кош­кой) на запад­ном побе­ре­жье Афри­ки, рас­ска­зы­ва­ла вам на эфи­ре. Всё то, что я виде­ла, сов­па­ло по опи­са­нию в Гуг­ле с лео­пар­дом. Хотя до это­го осо­бен­но­сти жиз­ни этих кошек я не зна­ла, конечно. 

И пеще­ры, в кото­рых они рожа­ют котят, и то, что они могут спа­ри­вать­ся со льва­ми, и то, что котя­та рож­да­ют­ся без пятен. 

В этой жиз­ни я пом­ню запа­хи мест, где была; тихо хожу, почти бес­шум­но; обо­жаю и пони­маю кошек, и они меня тоже) и, навер­ное, если про­дол­жу иссле­до­вать ту жизнь, уви­жу мно­го парал­ле­лей с этой. 

Спа­си­бо вам огром­ное, Диа­на! Это был очень важ­ный для меня опыт!»

Диана Орлан
Психолог, регрессолог


13 нояб­ря в 12:00 Мск груп­по­вая регрес­сия онлайн с Диа­ной Орлан

Тема встре­чи: «Моя самая счаст­ли­вая жизнь»

25 лучших фильмов о психологии: триллеры, драмы и откровения / Диана ОРЛАН

В не самые про­стые вре­ме­на, когда мир стал­ки­ва­ет­ся с новы­ми и новы­ми вызо­ва­ми, един­ствен­ной отду­ши­ной для мно­гих людей ста­но­вит­ся мир кине­ма­то­гра­фа. Пока круп­ные ком­па­нии раз за разом пере­но­сят рели­зы блок­ба­сте­ров, а арт­ха­ус­ное и фести­валь­ное кино томит­ся на ста­дии завер­ше­ния, рядо­вой зри­тель вынуж­ден обра­тить­ся к филь­мам, что уже вышли в свет.

Уви­деть их в кино­те­ат­рах сей­час слож­но из-за огра­ни­че­ний и рен­та­бель­но­сти для самих про­кат­чи­ков, но никто не отме­нял воз­мож­ность посмот­реть кино на стри­мин­го­вых сер­ви­сах, либо зака­зать ста­рый доб­рый DVD-диск.

Мы не оста­ём­ся в сто­роне и про­дол­жа­ем пред­ла­гать вам каче­ствен­ные под­бор­ки, создан­ные про­фес­си­о­на­ла­ми в задан­ных нами обла­стях. Сего­дня мы кос­нём­ся одной из самых инте­рес­ных сфер – жан­ров пси­хо­ло­ги­че­ско­го трил­ле­ра и пси­хо­ло­ги­че­ской драмы.

Спе­ци­аль­но для того, что­бы выбрать самые важ­ные и каче­ствен­ные филь­мы, мы при­гла­си­ли пси­хо­ло­га-кон­суль­тан­та, пси­хо­ана­ли­ти­ка и экс­пер­та в обла­сти тран­со­вых тех­ник Диа­ну Орлан.

Диа­на согла­си­лась нам помочь, ото­брав не про­сто луч­шие кар­ти­ны, а взяв из все­го мно­го­об­ра­зия мак­си­маль­но раз­лич­ные под­хо­ды и, конеч­но, направления.


Ниже пред­став­лен спи­сок из 25 зна­ко­вых филь­мов о психиатрии:

  1. «Авиа­тор» с Лео­нар­до ДиКа­прио (2004) – обсес­сив­но-ком­пуль­сив­ное рас­строй­ство личности
  2. «Дон Жуан де Мар­ко» с Джон­ни Деп­пом и Мар­лон Бран­до (1995) – суи­ци­даль­ные настро­е­ния, воз­мож­но бре­до­вое расстройство
  3. «Король-рыбак» с Роби­ном Уильям­сом (1991) – шизофрения
  4. «Чело­век дождя» с Томом Кру­зом и Дасти­ном Хофф­ма­ном (1998) – аутизм
  5. «Гло­тай» c Хей­ли Бен­нетт (2019) – мани­а­каль­но-депрес­сив­ные состо­я­ния, рас­строй­ство пище­во­го пове­де­ния, аутоагрессия
  6. «О теле и душе» от Иль­ди­ко Энье­ди (2017) – обсес­сив­но-ком­пуль­сив­ное рас­строй­ство (соци­аль­но адаптивно)
  7. «Игры разу­ма» с Рас­се­лом Кроу (2001) – шизофрения
  8. «Ост­ров про­кля­тых» с Лео­нар­до ДиКа­прио (2010) – шизофрения
  9. «Лекар­ство от здо­ро­вья» от Гора Вер­бин­ски (2016) – бре­до­вое рас­строй­ство личности
  10. «Я, сно­ва я и Ирэн» с Джи­мом Кер­ри (2000) – мно­же­ствен­ные лич­но­сти, шизо­фре­ния, мани­а­каль­но-депрес­сив­ные состояния
  11. «Сплит» с Джейм­сом Мак­Э­вой (2017) – мно­же­ствен­ные личности
  12. «Цвет ночи» с Брю­сом Уил­ли­сом (2004) – мно­же­ствен­ная личность
  13. «Мол­ча­ние ягнят» с Энто­ни Хопп­кин­сом, Джо­ди Фостер (1990) – дис­со­ци­а­тив­ное рас­строй­ство, психопатия
  14. «Хлоя» с Джу­ли­ан­ной Мур (2009) – погра­нич­ное рас­строй­ство личности
  15. «Пла­не­та Ка-Пекс» с Кеви­ном Спей­си (2001) – обсес­сив­но-ком­пуль­сив­ное рас­строй­ство лич­но­сти, шизофрения
  16. «Одер­жи­мость» с Бей­он­се (2009) – мания, любов­ная зави­си­мость, пси­хо­па­ти­че­ское поведение
  17. «Ком­на­та» с Бри Лар­сон (2015) – пси­хо­па­тия, исто­рия про манья­ка и его жертву
  18. «Семь» с Бре­дом Пит­том, Мор­га­ном Фри­ма­ном, Гви­нет Пэл­т­роу и Кеви­ном Спей­си (1995) – мания, психопатия
  19. «Она» с Хоаки­ном Феник­сом и Скар­летт Йоханс­сон (2013) – бред, мания
  20. «Основ­ной инстинкт» с Шэрон Сто­ун (1992) – мания, психопатия
  21. «Отыг­рать назад» с Хью Гран­том, Николь Кид­ман (2020, сери­ал) – нар­цис­си­че­ское рас­строй­ство лич­но­сти (соци­аль­но-адап­тив­но), психопатия
  22. «Ты» (2018, сери­ал) – бипо­ляр­ное рас­строй­ство, пост­трав­ма­ти­че­ское стрес­со­вое расстройство
  23. «Триг­гер» (2018, сери­ал) – пост­трав­ма­ти­че­ское стрес­со­вое рас­строй­ство и дру­гие проблемы
  24. «Созна­ние» (2009, сери­ал) – игро­ма­ния, бре­до­вые состо­я­ния и дру­гие проблемы
  25. «Иллю­зия полё­та» с Джо­ди Фостер (2005) – газлайтинг

О пси­хо­ло­ге и регрес­со­ло­ге Диане ОРЛАН в дета­лях по ССЫЛ­КЕ

Методики регрессий. Какую выбрать?

В чем раз­ни­ца меж­ду тех­ни­кой Майк­ла Нью­то­на и Доло­рес Кэн­нон? Какой метод регрес­сии выбрать?

На эти важ­ные вопро­сы в пря­мом эфи­ре на кана­ле ТВ Экс­т­ра отве­ти­ла регрес­со­лог, пси­хо­лог Диа­на Орлан.

А так же на вопро­сы зрителей:

    • Есть ли какие-нибудь спе­ци­аль­ные устрой­ства, кото­рые помо­га­ют погружаться?
    • Как отли­чить, когда отве­ча­ет бес­со­зна­тель­ное, либо это инси­ну­а­ции мозга?
    • Что делать, если вооб­ще не полу­ча­ет­ся погружаться?
    • Что вы рас­ска­же­те об осо­знан­ных сновидениях?

Запись пря­мо­го эфи­ра вы може­те посмот­реть здесь 👇

«Я отно­шусь к тем людям, кото­рые счи­та­ют регрес­сию обыч­ной пси­хо­ло­ги­че­ской мето­ди­кой, инстру­мен­том, кото­рый мож­но при­ме­нить, когда созрел…» 

Диа­на Орлан 

25 сен­тяб­ря – стар­ту­ет курс обу­че­ния регрес­си­ям с Диа­ной Орлан за шесть недель

Пекарня Эльзы / Сеанс регрессии / Регрессолог Диана Орлан

Диа­на Орлан 

Регрес­сант­ка иссле­ду­ет тему сво­е­го мастер­ства в про­шлых жиз­нях. В ходе регрес­сии она обна­ру­жи­ва­ет себя Эль­зой, жен­щи­ной из Евро­пы, пред­по­ло­жи­тель­но Гер­ма­нии 19 века. Эль­за с дет­ства печёт круг­лые кара­ваи вме­сте с мамой и бабуш­кой, а в зре­лом воз­расте ста­но­вит­ся кон­ди­те­ром. Подроб­но­сти её ремес­ла, вме­сте с эмо­ци­я­ми оди­но­че­ства и выво­да­ми по сво­ей жиз­ни при­но­сят регрес­сант­ке мно­го впе­чат­ле­ний и открытий.

Регрес­со­лог Диа­на Орлан. Регрес­сия про­ве­де­на в июле 2021 года.

- И чем ты заня­та, Эль­за, целый день? Пока­жи, пожа­луй­ста, свой типич­ный день. Мы можем пере­ме­стить­ся во вре­ме­ни на какой-то самый обыч­ный твой день. Давай. Раз-два-три.. Чем занимаешься?

- Утром рано, в пять утра вста­ет. Мука.. Что-то пекут. Хлеб. Кра­си­вые такие кара­вай­чи­ки круг­лые, пухлые.

- А куда потом эти кара­вай­чи­ки идут? Для кого?

- Они про­да­ют их.

- Ты сама продаешь?

- Нет, кто-то забирает.

- Кто-то заби­ра­ет. Хоро­шо. Ты печешь?

- Да, я пеку. Мама или бабуш­ка тоже пекут. Суе­тят­ся с утра. Мука… вез­де мука. Много.

- А какие они на вкус, как тебе кажет­ся? Какие на вкус эти каравайчики?

- Хлеб мяг­кий. Кор­ка твер­дая доста­точ­но. На батон что ли похож на све­жий- свежий

- Пах­нет?

- Пах­нет. Раз­ла­мы­вать его очень нра­вит­ся. Све­жий горя­чий хлеб.

- Это твое мастер­ство, Эль­за. Научись сей­час, Наташ, как это делать. Ты когда отме­ря­ешь муку, ты как это дела­ешь – мер­ка­ми или на глаз?

- Нет, на глаз. На глаз, даже не смотрю.

- А рука­ми даль­ше как?

- Рука­ми, сама заме­ши­ваю рука­ми. В муку сра­зу яйца. Тоже даже не счи­таю, на глаз как-то беру.

- Ты уже давно?

- Да, что-то дру­гое делаю. Пра­вой рукой я мешаю муку с яйца­ми. По щепот­ке добав­ляю чего-то, пря­мо по щепот­ке беру… При­ме­ши­ваю. Смот­рю на что-то другое.

- То есть, это лег­ко. Давай-давай, учись. Наташ, сей­час для тебя как под­ма­сте­рье будет, счи­ты­вать все. Наташ, мож­но нам и внешне то, что она дела­ет, и состо­я­ние. Вот у масте­ра все­гда быва­ет состо­я­ние. Ей спо­кой­но, она чем-то еще заня­та, да? Мыс­ли где?

- Да. Она зна­ет все это.

- Она уже не пер­вый раз. Давай-давай, счи­тай с нее вот это, это легко.

- Ну ей даже как бы скучно.

Диана Орлан
Психолог, регрессолог

25 сен­тяб­ря – стар­ту­ет курс обу­че­ния регрес­си­ям с Диа­ной Орлан

Подроб­но­сти здесь 👇

Медитация «Хрустальные родники»

Диа­на Орлан 

Дан­ная меди­та­ция может быть исполь­зо­ва­на как упраж­не­ние для само­гип­но­за. В её осно­ве лежит тех­ни­ка гиб­ко­сти и пере­клю­че­ния вни­ма­ния, а так­же мета­фо­ра воды и её свойств.

Тех­ни­ка состо­ит из двух частей и очень полез­на при эмо­ци­о­наль­ном пере­воз­буж­де­нии или пере­утом­ле­нии. Сле­дуй­те тек­сту, рас­слаб­ляя тело в удоб­ном поло­же­нии и чуть при­крыв гла­за и под­гля­ды­вая по мере надобности.

Почув­ствуй­те себя пря­мо сей­час — свое тело, свои эмо­ции, под­сказ­ки инту­и­ции. А теперь посмот­ри­те перед собой или в сто­ро­ну — что вы види­те? Может быть, вы види­те груст­но­го маль­чи­ка, чиня­ще­го вело­си­пед на обо­чине доро­ги? Или клу­бя­щий­ся пар горя­че­го какао с щепот­кой кори­цы в кра­си­вой чаш­ке перед вами? При­тво­ри­тесь тем, что вы види­те. Ска­жи­те себе: «Я — клу­бя­щий­ся пар горя­че­го обжи­га­ю­ще­го напит­ка в кра­си­вой чаш­ке». Или вы може­те чуть при­крыть гла­за и мыс­лен­но пере­не­стись туда, где оста­лись теп­лые вос­по­ми­на­ния в вашем серд­це. И назо­ви­те себя тем пред­ме­том, местом, чело­ве­ком, кото­рый при­хо­дит на ум или про­яв­ля­ет­ся в ощущениях.

Я — неж­ное жур­ча­ние воды под теп­лым солн­цем. И я хочу рас­ска­зать вам исто­рию о воде.

Глу­бо­ко-глу­бо­ко под зем­лей рож­да­ет­ся про­хлад­ная вода. Чистая, про­зрач­ная, холод­ная, — она течет даль­ше, рас­про­стра­ня­ясь где-то там, под зем­лей. Хру­сталь­ные род­ни­ки. Зве­ня­щая вода, обла­да­ю­щая какой-то тай­ной муд­ро­стью, течет где-то там, под зем­лей, все даль­ше и выше, и в каком-то месте про­би­ва­ет­ся из-под зем­ли, фон­та­ни­руя сна­ча­ла малень­ки­ми брыз­га­ми, стол­би­ка­ми воды, а затем рас­те­ка­ясь по поверх­но­сти, увлаж­няя поч­ву, радуя птиц и напи­ты­вая собой рас­те­ния. Сей­час и вы може­те почув­ство­вать себя теку­щей по это­му при­ят­но­му быст­ро­му про­хлад­но­му тече­нию, кото­рое несет вас из-под зем­ли, несет, несет, несет, сни­зу — вверх, и вот вы рож­да­е­тесь на зем­лю стол­би­ком про­зрач­ной воды. И может быть, пря­мо сей­час вы уже чув­ству­е­те, как вме­сте с вами роди­лись и дру­гие стол­би­ки воды — мно­же­ство род­ни­ков — это все мы, объ­еди­нён­ные каки­ми-то неви­ди­мы­ми узо­ра­ми. И эта при­ят­ная про­точ­ная чистая вода бежит даль­ше, стру­ит­ся по зем­ле, согре­ва­ет­ся под лег­ки­ми луча­ми солн­ца днем, чуть осты­ва­ет ночью, а потом сно­ва встре­ча­ет рас­свет, посте­пен­но согре­ва­ясь там, под солн­цем, про­дол­жая свой бег.

И может быть, имен­но ваш род­ник дает нача­ло ручей­ку, реке, а может быть, озе­ру, и вот уже созда­лось вод­ное про­стран­ство, и вы вме­сте с этим про­стран­ством може­те оку­нать­ся в воду, насла­ждать­ся ощу­ще­ни­ем воды на сво­ей коже, выны­ри­вать на поверх­ность воды, как буд­то бы тан­це­вать на воде, под водой, и сно­ва на воде, вды­хая сол­неч­ный свет, пита­ясь этой неж­ней­шей силой, сти­хи­ей воды, и зная, что где-то там, глу­бо­ко-глу­бо­ко под вами, — зем­ля, и где-то под зем­лей все те же хру­сталь­ные под­зем­ные источники.

И я не знаю, какой водо­ем созда­ет­ся имен­но у вас, во внут­рен­них ощу­ще­ни­ях, в инту­и­тив­ных обра­зах, а может быть, сей­час уже чуть более явно, сре­ди све­та и тени. Какая вода рож­да­ет­ся у вас? И я про­шу вас дать себе вре­мя и послу­шать зву­ки это­го места. При­ро­да все­гда как-то зву­чит. Может быть, вы услы­ши­те сим­фо­нию кам­ней или тон­кий пере­лив лег­ких волн, а может быть мяг­кое тече­ние воды или чуть более актив­ную бур­ля­щую пену у бере­гов. И я не знаю, какой род­ник имен­но ваш, но я знаю, что вода — живая вода! — будет течь и даль­ше, созда­вая водо­е­мы, напи­ты­вая зем­лю, испа­ря­ясь и сно­ва воз­вра­ща­ясь. Вода — сама жизнь.

Боль­ше меди­та­ций и тех­ник для само­сто­я­тель­ной рабо­ты мож­но най­ти в элек­трон­ной кни­ге Диа­ны Орлан «Восемь качеств внут­ренне жен­щи­ны». Доступ к кни­ге безоплат­ный, по запро­су.

Диана Орлан
Психолог, регрессолог


25 сен­тяб­ря – стар­ту­ет онлайн курс обу­че­ния регрес­си­ям с Диа­ной Орлан. Дли­тель­ность – 6 недель. Подроб­но­сти здесь 👇

Вебинар «Польза регрессий. Вспомни свое прошлое». ОНЛАЙН

ОНЛАЙН

Приглашаем Вас 8 сентября в 20:00 Мск на бесплатный двухчасовой вебинар регрессолога и тренера по регрессиям Дианы Орлан

Ответы на вопросы, система обучения 

🧩Для кого этот вебинар:

  • Для всех инте­ре­су­ю­щих­ся сво­и­ми талантами
  • Для тех, кто ищет раз­гад­ку слож­ных отно­ше­ний и необъ­яс­ни­мой психосоматики
  • Для всех, кому важ­ны смыс­лы и зада­чи жизни
  • Для тех, кто ищет себя и рас­кры­ва­ет свою суть
  • Для тех, кто рабо­та­ет в пси­хо­ло­гии и помо­га­ю­щих профессиях
  • Для люби­те­лей мульт­филь­ма «Душа» и все­го непознанного

✨ Вебинар о регрессиях, то есть о работе с памятью

Три обла­сти памя­ти, доступ­ные для регрессии:

  1. Сего­дняш­няя жизнь с момен­та зачатия
  2. Про­шлые жиз­ни вашей души
  3. Память ваше­го рода

✨ В программе вебинара

  • Самые частые запро­сы на регрессию
  • Осо­бен­но­сти груп­по­вых регрес­сий и лич­ной про­ра­бот­ки с регрессологом
  • Как про­ра­ба­ты­ва­ют­ся стра­хи и фобии, при­ме­ры из практики
  • Как осо­зна­ет­ся и меня­ет­ся оди­но­че­ство, при­ме­ры из практики
  • Суще­ству­ет ли «фор­му­ла богат­ства», при­ме­ры из практики
  • Талан­ты и навы­ки, из про­шло­го в настоящее
  • Посмер­тие, Настав­ни­ки души, Миры Майк­ла Нью­то­на, смыс­лы жиз­ни и план на жизнь
  • Модаль­но­сти вос­при­я­тия и их тре­ни­ров­ка через тран­со­вые практики
  • Тран­со­вая прак­ти­ка: рас­слаб­ле­ние и иссле­до­ва­ние, дли­тель­ность 20 минут
  • Как обу­чить­ся регрес­си­ям. Стань про­вод­ни­ком в непознанное
  • Отве­ты на вопро­сы участ­ни­ков о регрессиях

Автор и веду­щий веби­на­ра – Диа­на Орлан

ПОДРОБ­НО­СТИ И РЕГИСТРАЦИЯ

ОНЛАЙН открытая встреча ДИАНА ОРЛАН

Встре­ча ОНЛАЙН про­во­дит­ся на кана­ле ТВ ЭКСТРА.

Частые запросы на регрессию

В пря­мом эфи­ре с регрес­со­ло­гом Диа­ной Орлан будут рас­смот­ре­ны сле­ду­ю­щие темы:
  • Воз­раст­ная регрес­сия. Пред­по­сыл­ки к иссле­до­ва­нию теку­щей жиз­ни, осо­бен­но­сти иссле­до­ва­ния дет­ства и пери­на­таль­ной памяти.
  • Регрес­сия в про­шлую жизнь. Клю­че­вые запро­сы и резуль­та­ты регрессантов.
  • Кар­ми­че­ские свя­зи. Мастер­ство и талан­ты. Рабо­та с фоби­я­ми. Иссле­до­ва­тель­ские регрессии.
  • Регрес­сия в про­стран­ство Жиз­ни меж­ду Жиз­ня­ми, смыс­лы и зада­чи теку­щей жиз­ни, под­сказ­ки Настав­ни­ка души.
Так­же будет пред­став­ле­на новая про­грам­ма обу­че­ния тех­ни­кам регрес­сий за 6 недель и рас­пи­са­ние бли­жай­ших груп­по­вых регрес­сий с раз­бив­кой по темам.

ПОДРОБ­НО­СТИ И РЕГИСТРАЦИЯ

Висельник Карл

Диа­на Орлан 

Регрес­сант­ка иссле­ду­ет тему отно­ше­ний с кон­крет­ным чело­ве­ком из сего­дняш­ней жиз­ни и погру­жа­ет­ся в про­шлую жизнь мона­ха во Фран­ции. В ходе регрес­сии всплы­ва­ет ещё один запрос регрес­сант­ки – тема мол­ча­ния, сдер­жан­ное про­яв­ле­ние себя в сего­дняш­ней жиз­ни. Монах Карл, обла­да­ю­щий необыч­ным для Фран­ции име­нем, вызы­ва­ет насмеш­ки, но пре­крас­но вла­де­ет латин­ским язы­ком и раз­лич­ны­ми наре­чи­я­ми фран­цуз­ско­го, слу­жит пере­вод­чи­ком и писа­рем, начи­тан и хоро­шо обра­зо­ван. Одна­жды волею слу­чая он под­слу­шал раз­го­вор, за кото­рый был убран как ненуж­ный сви­де­тель каз­нью через пове­ше­нье. Год пове­ше­ния назы­ва­ет­ся как 1500, мест­ность – Прованс.

Часть 1. Мол­ча­ние монаха

- Да, дыши, дыши. Что там за кашель? Горло?

- (откаш­ли­ва­ет­ся) Да. Я на висель­ни­це вишу. Я монах и на мне такая корич­не­вая ряса с капю­шо­ном, у меня босые ноги и откры­тые руки. Под ног­тя­ми так гряз­но, пото­му что я месяц был в тюрьме.

- Ты был в тюрьме.

- Да, на сене. То в келье я в мона­сты­ре, то в тюрь­ме, там всё гряз­но, сыро. И вот теперь я пове­шен­ный, в капю­шоне, верёв­ка такая белая.

- Посмот­ри со сто­ро­ны, пожа­луй­ста. Что там?

- У меня крест такой деревянный.

- На гру­ди пока­зы­ва­ешь. Дере­вян­ный крест. А на чём он висит? Он же подвешен?

- Буси­ны да, такие (пока­зы­ва­ет), тоже дере­вян­ные. Очень про­стые буси­ны, может само­руч­но вырезаны.

- Мож­но я тебя попро­шу ещё в боль­шем мас­шта­бе посмот­реть. Висит тело, что вокруг?

- Это помост. Неболь­шая пло­щадь. Люди, да, собра­лись. Ну это такое обыч­ное дело. Веша­ют по несколь­ку раз на день. Улоч­ки такие рас­хо­дят­ся от этой пло­ща­ди. Здесь этот палач или висель­ник, спо­кой­ный, тоже он в капю­шоне, толь­ко в белом, с голым пузом. А там, под лест­ни­цей, вот этот насто­я­тель мона­сты­ря, тоже толстый,

- Как ты дума­ешь, зачем он там, на площади?

- Это его рук дело, что я вишу теперь, и он дово­дит дело до кон­ца, удо­сто­ве­рив­шись сво­и­ми гла­за­ми, что со мной покончено.

- Можешь посмот­реть в гла­за это­му чело­ве­ку, пря­мо сей­час? Какое его состояние?

- Такое сла­ща­во-зло­рад­но-доволь­ное. У него такие про­зрач­ные голу­бые гла­за про­тив­ные, и он всё вре­мя поте­ет. Он такой потный.

- Он ещё и полный?

- Да, он пол­ный, веч­но пот течёт по лицу.

- При­мер­но воз­раст? Боль­ше сорока?

- Если мне сорок семь, может я чуть-чуть его стар­ше, ему может сорок, он обрюзг­лый, тяже­ло дышит.

- А внеш­ность, голу­бые гла­за, это евро­пей­ская внешность?

- Да, это Франция.

- Хоро­шо. Давай про тебя. Ты можешь пере­ме­стить­ся назад во вре­ме­ни? Я посчи­таю до трёх, пой­ди, пожа­луй­ста, в самый рас­цвет сво­ей жиз­ни, до печаль­ных собы­тий. Каким ты был рань­ше? Раз, два, три. Как ты живёшь, чем ты живёшь?

- Я монах, я живу в этом мона­сты­ре. И так как нас очень-очень мно­го, у нас очень малень­кие кельи, я почти не ни с кем не обща­юсь. Я ста­ра­юсь быть таким неви­ди­мым сре­ди бра­тьев, людей. И мне нра­вит­ся то, чем я зани­ма­юсь. Я в биб­лио­те­ке мона­стыр­ской, и там такие кни­ги тол­стые, ста­рин­ные. Они на латы­ни, кореш­ки кра­си­вые. Ино­гда я их читаю, а ино­гда я такие свит­ки пере­пи­сы­ваю. С латы­ни может быть на французский.

- Ты переписчик.

- Я да, писарь.

- Писарь. А мож­но я тебя попро­шу, пере­не­сись на мгно­ве­ние туда, где ты что-то пишешь. Вдох – а на выдо­хе иди в самую суть этой рабо­ты, и рас­ска­жи чуть подроб­нее, чем ты пишешь, на чём ты пишешь.

- Да, я в этой мини-биб­лио­те­ке. С левой сто­ро­ны дере­вян­ные корич­не­вые стел­ла­жи. И там книж­ки в одну сте­ну, в шири­ну этой сте­ны, очень боль­шой, до потол­ка. Там они сто­ят. А с пра­вой сто­ро­ны окно мона­стыр­ское, отту­да свет пада­ет, и там вид­но двор мона­стыр­ский. А здесь у меня стол такой, как пар­та ста­рая, здесь у меня перо, я в пра­вой руке держу.

- Ты его обма­ки­ва­ешь? Пока­зы­ва­ешь рукой. Куда?

- Да, тут чер­ниль­ни­ца, из корич­не­вой такой бума­ги жёст­кой, и если я один раз­во­ра­чи­ваю, там не моим почер­ком, какой-то ста­рин­ный на латы­ни, красивые…

- Ты зна­ешь латынь, вла­де­ешь латынью?

- Да.

- А кто тебя учил? Давай сде­ла­ем шаг назад, мы потом вер­нём­ся к чер­ниль­ни­це. Раз, два, три. Иди туда, где тебя учи­ли чему-то. Сколь­ко тебе лет, где ты.

- Мне 17, и меня толь­ко отда­ли в монастырь.

- 17, ты юно­ша. А до это­го чем ты зани­мал­ся, до 17?

- В какой-то бед­ной семье жил, хозяй­ством зани­мал­ся, мама, что ли, меня пристроила.

- Хоро­шо. Посмот­ри свои пер­вые дни в мона­сты­ре. Как тебе всё это, всё по-новому?

- Я юный-юный, и у меня есть настав­ник, взрос­лый монах. Он, види­мо, самый учё­ный здесь. И как-то он взял меня под своё покро­ви­тель­ство. Я такой, очень скром­ный, зажа­тый какой-то, то ли немно­го пуг­ли­вый, стес­ни­тель­ный совсем, как дикий какой-то. А он как буд­то рас­по­знал что-то во мне и стал мне покро­ви­тель­ство­вать. И вот он стал меня водить в эту биб­лио­те­ку, и за этой же самой пар­той он учил меня латы­ни. Навер­ное, я к это­му вре­ме­ни ещё был неграмотный.

- А ска­жи, пожа­луй­ста, что в чер­ниль­ни­це, какая жидкость?

- Она чёрная.

- Жид­кая или не очень? Густо­ва­тая, вязкая?

- Боль­ше густо­ва­тая, чем совсем жид­кая. И эту жид­кость, эти чер­ни­ла мы гото­ви­ли тоже здесь. Насто­я­тель ведёт меня в под­вал мона­сты­ря, и там что-то типа лабо­ра­то­рии или что-то, что гото­вят для нужд мона­сты­ря. Там варят све­чи из вос­ка. И из угля, что ли, как-то тол­кут этот уголь, что­бы делать эти чернила.

- А кто этим занимается?

- Там дру­гие мона­хи. Кто-то све­чи, а кто-то гото­вит чер­ни­ла для вас.

- У вас толь­ко мужчины?

- Да, толь­ко мужчины.

- Раз­ных возрастов?

- Да, у нас очень стро­го, одни мужчины.

- У меня ещё вопрос про латынь. Сей­час ныр­ни, пожа­луй­ста, в его обу­че­ние. Он ещё молод, ему 17 или немнож­ко боль­ше. Что самое слож­ное в латин­ском язы­ке, как ему даёт­ся этот язык?

- Как буд­то самое слож­ное— это писать. Пото­му что мне хочет­ся чёт­ко копи­ро­вать бук­вы в той фор­ме, как они были. Смыс­лы мне как-то дают­ся легко.

- А ты сам на каком язы­ке говоришь?

- Я толь­ко учусь. Я на французском.

- Ты сего­дняш­няя зна­ешь французский?

- Нет.

- Рас­ска­жи про фран­цуз­ский язык для это­го мона­ха тогда. Что про фран­цуз­ский язык ска­жешь, какой он?

- Обыч­ный, так есте­ствен­но я гово­рю, мама, все так говорили.

- Все так гово­ри­ли. То есть ты с дет­ства на нём общаешься?

- А если послу­шать речь, кото­рую ты выда­ёшь мона­ху, попро­буй, вдох – и на выдо­хе опи­ши свой голос.

- Я так губ­ки скла­ды­ваю, что­бы про­из­но­сить фран­цуз­ские зву­ки и в гор­ле как-то виб­ри­ру­ют зву­ки. Для фран­цуз­ско­го тре­бу­ет­ся арти­ку­ля­ция, нуж­но будет очень губа­ми гово­рить и горлом.

- А голос какой у это­го юно­ши, высо­кий, низ­кий, уве­рен­но гово­рит или он робкий?

- Да, он роб­кий, и учи­тель его как буд­то при­гла­ша­ет сме­лее арти­ку­ли­ро­вать, зву­чать, откры­вать голос. Но это как буд­то интим­ное дей­ство, как буд­то я парал­лель­но слы­шу латынь, а она зву­чит ина­че, чем фран­цуз­ский. Латынь жёст­че и пря­мо­ли­ней­нее, не такая, как фран­цуз­ская речь. Фран­цуз­ская объ­ем­ная, лёгкая.

- Ты рукой пока­зы­ва­ешь, как буд­то мело­дию рисуешь.

- Как буд­то в гор­ле она зву­чит. А латынь вот так режет, как буд­то пла­стом про­хо­дит. Плос­кая как пли­та. Тоже кра­си­во по-своему.

- Ещё чуть-чуть про голос, посколь­ку это твой запрос. Ты гово­ришь, что нуж­но арти­ку­ли­ро­вать. Что ещё нуж­но делать, что­бы рас­кры­вать голос?

- Нуж­но слу­шать, рас­по­зна­вать эти зву­ки. часто­ты. То, как я зву­чу, могу звучать…отсюда. Я могу как бы ухом рас­по­зна­вать часто­ту звука.

- Слу­шать себя?

- Слу­шая себя, я как будто…это как виде­ние у меня откры­ва­ет­ся. Я как буд­то звук начи­наю видеть, как современная…частота.

- Ты пока­зы­ва­ешь как музы­каль­ную мелодию.

- Да, или диа­па­зон зву­ка. Фран­цуз­ский зву­чит в высо­ком диа­па­зоне, а латынь здесь вот.

- Давай попро­сим сей­час тво­е­го учи­те­ля пре­по­дать тебе урок, так, что­бы ты сего­дняш­няя, пря­мо с эти юно­шей учи­лась. Оку­най­ся в этот опыт. Рас­кры­вай то, что мож­но рас­крыть в тебе сего­дняш­ней. Бери весь урок, кото­рый мож­но взять. Наблю­дая фак­ты про того юно­шу. И тело почув­ствуй, пожа­луй­ста, что про­ис­хо­дит. (фра­за, пред­по­ло­жи­тель­но на латыни).

- Хоро­шо. Тебе рас­кры­ва­ют голос и сей­час это упражнение.

- Я вооб­ще в каком-то пор­та­ле нахо­жусь. Вокруг меня эти часто­ты. Зву­ки, сим­во­лы, бук­вы ‑они все здесь, в сфе­ре. Я за пар­той сижу перед окном.

- Сле­ва показываешь.

- Да. Я за пар­той, учи­тель там, сле­ва. И вот я не знаю, как они мне, мыс­лен­но, что ли, пере­да­ёт. И вокруг меня (пока­зы­ва­ет вокруг голо­ву) как буд­то эти бук­вы, зву­ки и часто­ты. Лета­ют в воз­ду­хе, такая кос­ми­че­ская картинка.

- Cantante.

- Хоро­шо, возь­ми из это­го самую суть, и пой­дём дальше.

- Как буд­то моя рука сама пишет. Я не знаю, кто ей водит. И дири­жи­ру­ет вот эти­ми зву­ка­ми или вот эти­ми бук­ва­ми, лета­ю­щи­ми в про­стран­стве. Они такие огнен­но-золо­тые. Корич­не­во-огнен­но-золо­тые. Такие красивые.

- Хоро­шо. Чему ещё он тебя учит, кро­ме языков?

- Он мне это виде­ние пока­зал. Это было сакраль­но, как ини­ци­а­ция, и он гово­рит, ты же пони­ма­ешь, что никто это­го не видит и ты не смо­жешь это­го нико­му рассказать.

- Поче­му?

- Пото­му что созна­ние людей такое древ­нее, такое при­ми­тив­ное, что видеть вот так вот в про­стран­стве они не могут. Они тебя сочтут за сума­сшед­ше­го, и поэто­му это зна­ние ухо­дит глу­бо­ко внутрь меня, я о нём буду все­гда пом­нить и знать. И мол­чать о нём.

- Опять про мол­чать речь.

- Да, теперь хра­нить уже сокро­вен­ное зна­ние, пото­му что нель­зя невеж­дам его пока­зы­вать или разбрасывать.

- А о чём это знание?

- Это про миро­устрой­ство, про Все­лен­ные. Про какие-то высо­кие часто­ты или изме­ре­ния. Миро­вос­при­я­тие. Что жизнь не толь­ко здесь, в мона­сты­ре. Она вез­де. Мно­го-мно­го изме­ре­ний, зна­ний, пони­ма­ний. Из такой внут­рен­ней кон­цен­тра­ции или сона­строй­ки мож­но открыть­ся и уви­деть и дру­гие миры. Оно всё в прин­ци­пе есть в эфи­ре и мож­но вот так счи­ты­вать и соби­рать эти огнен­ные бук­вы во фра­зы. И эта фра­за, кото­рую я слы­шу, она здесь, в воз­ду­хе, у меня перед гла­за­ми напи­са­на. А потом раз – и они опять раз­ле­та­ют­ся, а потом, как калей­до­скоп. Они могут раз­ле­тать­ся, а потом раз – и соби­рать­ся в какие-то слова.

- Если ты сего­дняш­няя гото­ва впи­тать в себя что-то важ­ное, сакраль­ное, вби­рай в себя столь­ко, сколь­ко тебе сей­час нуж­но и по силам. Нор­маль­но себя чувствуешь?

- Да.

- Хоро­шо.

- Ещё какие-то идут латин­ские фра­зы, я пыта­юсь к ним прислушаться.

- Если что-то есть важ­ное, скажи.

- (дол­го шеве­лит губа­ми). Я не могу чёт­ко услы­шать. Tantas glorias modutas…примерно так, они соби­ра­ют­ся из воз­ду­ха. Что-то под­гру­жа­ет­ся, но я не могу так быстро.

- Столь­ко сколь­ко нуж­но, впи­ты­вай. Про­дол­жай. Ты пом­нишь про баланс мол­ча­ния и гово­ре­ния, это твой сего­дняш­ний урок?

- Да, как буд­то я дал тому учи­те­лю обет, что я буду хра­нить это зна­ние внут­ри себя. Я им буду поль­зо­вать­ся, я могу поль­зо­вать­ся, оно мне будет помо­гать в рас­шиф­ров­ку древ­них писа­ний, латин­ских книг. И дей­стви­тель­но, моё даль­ней­шее обу­че­ние очень быст­ро дви­га­лось, как-то раз-раз, и я…этот учи­тель был со мной недол­го, он умер потом. 4 года. И даль­ше я как буд­то сам учил­ся, с теми зна­ни­я­ми, инстру­мен­та­ми, из эфи­ра (пока­зы­ва­ет круг в про­стран­стве перед собой). В высо­ких часто­тах эти навы­ки я полу­чал, и про­сто сона­стра­и­вал­ся с опре­де­лён­ной часто­той и тек­сты пере­во­ди­лись и чита­лись. А, я ещё был переводчиком.

- Оку­нись туда, что ты переводишь?

- Меня при­гла­ша­ли. Насто­я­тель­но это­го мона­сты­ря, и у него там ещё пять или шесть помощ­ни­ков было…и нуж­но было на пере­го­во­ры в соседние…поместья, как это назы­ва­ет­ся, про­вин­ции. Там язы­ки были немнож­ко со сво­и­ми наре­чи­я­ми, вро­де тоже фран­цуз­ский, но погру­бее чем тот, кото­рым я вла­дел. И ино­гда они меня бра­ли что­бы пере­во­дить. Заку­па­ли он какие-то това­ры для мона­сты­ря и мне нуж­но было пере­во­дить. Я знал несколь­ко наречий.

Часть 2. Казнь

- Давай мы пере­ме­стим­ся немнож­ко впе­рёд, что­бы узнать, что же такое про­ис­хо­дит, что при­ве­дёт тебя на висе­ли­цу. Пере­ме­щай­ся в клю­че­вое собы­тие его жиз­ни, кото­рое даль­ше при­во­дит к тюрь­ме и к висе­ли­це. Раз, два, три. Смот­ри со сто­ро­ны, дис­со­ци­и­руй­ся, пожа­луй­ста. Про­сто фак­ты, что было.

- Это был лет­ний день. Был такой пре­крас­ный лет­ний день, и я гулял и раз­мыш­лял в мона­стыр­ском пар­ке. У нас был шикар­ный мона­стыр­ский парк, бра­тья-мона­хи уха­жи­ва­ли за этим пар­ком, и там были такие живые забо­ры из кустар­ни­ка, под­стри­жен­ный он.

- А что там росло?

- Живая изго­родь. А дорож­ки – мел­кая щебён­ка посы­пан­ная жёл­тень­кая, беже­вая. Зелё­ная трав­ка, зарос­ли. Не могу ска­зать, что лаби­ринт, не так шикар­но, как во двор­цах, навер­ное, хотя не был во двор­цах. Тут такая сос­на или ель огром­ная, посре­ди на поляне, там дере­вья. Мож­но был по этим аллей­кам гулять. И я раз­мыш­лял, один гулял, и вдруг я пово­ра­чи­ваю за угол этой зелё­ной изго­ро­ди, а тут насто­я­тель мона­сты­ря и этот…

- Кто-то с ним, муж­чи­на? Опи­ши его, пожалуйста.

- Его зовут Мар­киз де Шарль.

- Ты зна­ешь его имя?

- Я сей­час вспо­ми­наю, я его несколь­ко раз изда­ле­ка видел из окна сво­ей биб­лио­те­ки, он при­ез­жал к насто­я­те­лю. А тут я с ними столк­нул­ся лицом к лицу, и они испу­ган­но на меня посмот­ре­ли. Я нару­шил их раз­го­вор. Я опус­каю голо­ву, вот так руки на гру­ди и крест дер­жу и всем сво­им видом пока­зы­ваю, что я неволь­но нару­шил их…

- Ты что-то услышал?

- Я не услы­шал это сло­ва­ми, я бы рань­ше насто­ро­жил­ся. Я не слы­шал ни одно­го сло­ва, что они гово­ри­ли. Но каки­ми-то чув­ства­ми я пони­маю, что они гово­ри о чём-то недоб­ром. А так как у меня навык, кото­ро­му меня учи­тель научил и все эти годы я его тре­ни­ро­вал, это как внут­рен­няя меди­та­ция, навык чув­ство­вать людей на рас­сто­я­нии и по это­му чув­ству потом интер­пре­ти­ро­вать или пони­мать сло­ва, раскодировать…

- А ска­жи, это недоб­рое боль­ше от кого исхо­дит? От само­го раз­го­во­ра или от кого-то из них?

- От самой атмо­сфе­ру меж­ду ними. Я вижу какую-то сфе­ру, и она заря­же­на. И так как я стран­нень­ко вижу эти дру­гие изме­ре­ния, то я вижу дру­гую энер­гию. Она недоб­рая и у них аура недобрая.

- Мож­но чуть подроб­нее про Мар­ки­за де Шар­ля, как он одет?

- У него таки­ми поло­соч­ка­ми наре­зан­ны­ми как бы шор­ты, чёр­но и тём­но-синие поло­соч­ки, фона­ри­ка­ми, за коле­но, здесь у него пояс. У него саб­ля или мечи, наверное.

- Спра­ва показываешь.

- Меч здесь у него. Сереб­ря­ный такой, свет­лый, а вооб­ще у него тем­но­ва­тая, чёрно-синяя…жилетка такая. Фона­ри­ки-рука­ва. Как и на шор­тах. Здесь узко вот так.

- Запястье пока­зы­ва­ешь и локоть, предплечье.

- Здесь чёр­ная бар­хат­ная ткань, рукав, а здесь фона­рик, чёрно-синий.

- Есть рас­ти­тель­ность на лице?

- Да, какая-то бород­ка коз­ли­ная. Пло­хо рас­ту­щая, как у юно­ши. Даже у меня луч­ше растёт.

- А он молод?

- Он моло­же меня.

- А тебе сей­час сколько?

- Сей­час уже сорок семь, я уже дядеч­ка. А ему, может быть, два­дцать семь, уси­ки закру­че­ны на кон­цах. А здесь пле­ши­вая бородка.

- А есть голов­ной убор какой-нибудь?

- Да, какая-то шля­па с пером.

- Отлич­но. А вид­но, что это мар­киз, по одеж­де, по статусу?

- Да.

- Ска­жи про насто­я­те­ля мона­сты­ря – он тебя хоро­шо знает?

- Да. Поче­му-то он за все эти годы при­ди­рал­ся, что ли, ко мне, или он всё вре­мя чмо­рил меня. То ли у него какие-то были счё­ты с моим быв­шим учи­те­лем и поэто­му он меня так же заме­тил и невзлю­бил. Но в прин­ци­пе, ту рабо­ту, что я делал для монастыря…она была важ­ная, но он каж­дый раз меня как-то…и сей­час он пых­тит, рас­крас­нел­ся, поте­ет, он такой обрюзг­лый и такой визгливый.

- А в тот момент, когда он тебя заме­тил, какая реакция?

- Он пря­мо дышать стал гром­ко, хрип­ло, и кри­чать визг­ли­вым голо­сом, что, как ты посмел здесь появить­ся, кто тебе поз­во­лил. Ужас­ный голос такой.

- Хоро­шо, давай теперь смот­реть про­сто факты.

- Я гла­за опу­стил, голо­ву, так было при­ня­то, не под­ни­мать глаза.

- Что даль­ше, что происходит?

- Даль­ше он меня гонит, гово­рит, быст­ро воз­вра­щай­ся в биб­лио­те­ке и сиди жди, я за тобой пришлю.

- Иди в биб­лио­те­ку. Давай дождём­ся, при­дут ли за тобой, ускоримся.

- Я опять у окна биб­лио­те­ки, смот­рю на них. Они вон там, их, ока­зы­ва­ет­ся, вид­но с высо­ты. Пото­му что биб­лио­те­ка нахо­дит­ся в башен­ке это­го мона­сты­ря, это полу­круг­лое такое зда­ние, я всё вре­мя по лесен­ке вот так…(показывает спи­раль) она види­мо, рань­ше была смот­ро­вая сто­ро­же­вая, а потом из неё биб­лио­те­ку сде­ла­ли. Я из тако­го узко­го окош­ка смот­рю, мне вид­но их, они всё ещё раз­го­ва­ри­ва­ют. А этот мар­киз, я по жестам вижу, что он даёт такие распоряжения…разобраться со мной.

- Как ты чув­ству­ешь, что такое разо­брать­ся с тобой, ты же можешь чув­ство­вать боль­ше, чем слова.

- Да, я как буду слы­шу здесь, через рас­сто­я­ние, что его нель­зя остав­лять в живых, пото­му что сви­де­тель, он нас видел. Они дума­ют, я слы­шал, а я не слышал.

- Чего он боит­ся, почувствуй.

- Пото­му что это заго­вор. Они гото­ви­ли заговор.

- Про­тив кого?

- Про­тив коро­ля Фран­ции, а это брат мар­ки­за. И мар­киз обе­щал насто­я­те­лю более высо­кий пост. И уже там, бли­же при дво­ре. И этот заго­вор может у них не слу­чить­ся. Этот мар­киз, види­мо, пре­тен­ду­ет на фран­цуз­ский пре­стол. А он то ли дво­ю­род­ный брат…

- А ты зна­ешь, кто пра­вит в этот момент во Фран­ции? Год мне скажи.

- Год 1500.

- А какое вре­мя года сейчас?

- Теп­ло, зелень. Бли­же к лету.

- Мож­но я ещё спро­шу про твоё имя, как тебя назы­ва­ют. В мона­сты­ре как к тебе обращаются?

- Так стран­но. У мен имя Карл.

- Как буд­то не очень французское?

- Это так коря­во зву­чит, и они меня драз­нят всё вре­мя. Моло­дые мона­хи. Что это за имя. Карл. Подхихикивают.

- Карл, тебе, кажет­ся, гро­зит опас­ность. Оку­нись, пожа­луй­ста, в эмо­ции того, кто сидит сей­час в биб­лио­те­ке, расскажи,

- Я стою у окна, левым пле­чом при­сло­нил­ся к стене амбра­зу­ры. И я пони­маю, что жизнь закон­чи­лась, но у меня нет ника­ко­го стра­да­ния внут­ри. Как буд­то жизнь про­ма­ты­ва­ет­ся у меня перед гла­за­ми и в прин­ци­пе, я очень дово­лен, как сло­жи­лась моя жизнь и что я дожил до это­го воз­рас­та. И что у меня было это зна­ние. Мне так нра­ви­лось учить, читать, писать. Я очень был про­дви­ну­тый в ту эпо­ху, хотя никто это­го не мог оце­нить по досто­ин­ству. Такое неве­же­ство. Даже эти, мне кажет­ся, при дво­ре, не все были гра­мот­ные, ни жен­щи­ны, ни муж­чи­ны. Мало кто умел рос­пись ста­вить или читать.

- Есть что-то, о чём ты бы пожа­лел, если бы сей­час жизнь закон­чи­лась? Что-то не успел, что-то ещё хочется?

- Это было чте­ние, писа­ние, изу­че­ние латы­ни, как буд­то пере­нос во вре­ме­ни назад, – это было моим люби­мым инте­ре­сом, увле­че­ни­ем. Поэто­му про­сто это было моим удо­воль­стви­ем, и может быть, я хотел бы доль­ше этим зани­мать­ся, увле­кать­ся, но я пони­мал бес­ко­неч­ность это­го вре­ме­ни. Поэтому…как бы вре­мя пришло.

- Ты пони­мал бес­ко­неч­ность вре­ме­ни, можешь пояс­нить нам, совре­мен­ным людям?

- Когда я туда углуб­лял­ся, в эту латынь, я видел, что это было дале­ко-дале­ко. Мы были в уже в 16м веке, а это было так ещё туда, 2 тыся­чи лет до это­го и ещё, и там были совсем дру­гие циви­ли­за­ции, и это было так инте­рес­но и так непо­хо­же даже на нынеш­нюю Фран­цию. Меня увле­ка­ла египетская…

- Как ты счи­та­ешь, Карл, а что будет с миром даль­ше, из того момен­та как ты чувствуешь?

- Я не с осо­бым опти­миз­мом смот­рю в буду­щее, пото­му что мир так раз­вра­щён. Конеч­но, я знаю, что когда-то при­дёт луч­шая циви­ли­за­ция, но пока люди так стра­стя­ми упи­ва­ют­ся, в них погрязли.

- Спа­си­бо боль­шое, Карл. Мы сей­час пере­ме­стим­ся впе­рёд. И сно­ва ты отхо­дишь, дис­со­ци­а­цию дела­ешь, смот­ри про­сто по фак­там. Мы уже зна­ем, но нам нуж­ны шаги. Итак, за ним при­шли. Что про­ис­хо­дит дальше?

- Ниче­го не объ­яс­няя, про­сто схва­ти­ли, гру­бо. Двое тоже в мона­ше­ском пла­ще, но они види­мо там страж­ни­ки. И они меня в подвал.

- А под­вал дале­ко от библиотеки?

- Да, мы дол­го спус­ка­ем­ся, сна­ча­ла по кру­го­вой, потом по кори­до­рам. Мона­стырь как кре­пость, очень боль­шой, а потом туда в под­вал, и там очень…да, из кам­ней, булыж­ни­ков сло­жен весь мона­стырь. Там немно­го сена насы­па­но в углу, и большая…толстые пру­тья решётки.

- А выбрать­ся ты не сможешь?

- Нет, это очень глу­бо­ко и решёт­ки надёж­ные. Меня тут оста­ви­ли, и я тут на этом сене, полу­мрак, сырость.

- Холод­но?

- Да. Воня­ет болотом.

- И надол­го тебя оставили?

- Да, вре­мя как буд­то оста­но­ви­лось, я очень голод­ный, пото­му что меня то ли забы­ва­ли кор­мить, то ли не счи­та­ли нуж­ным. Вода в кув­шине зелё­ная застоявшаяся.

- А спишь ты где?

- Там в углу, на сене.

- И тебе ниче­го не объ­яс­ни­ли, никто не приходил?

- Нет. И поэто­му я поте­рял­ся во вре­ме­ни, сколь­ко я уже здесь, сути, неде­лю. Вре­мя остановилось

- Пожа­луй­ста, пере­ме­щай­ся в момент, когда ты выхо­дишь из этой под­валь­ной тюрь­мы и что-то про­ис­хо­дит даль­ше. Раз, два, три.

- Я слы­шу шум там в кори­до­ре, звон клю­чей. При­хо­дят двое. Эти охран­ни­ки, навер­ное, не мона­хи, про­сто они здесь рабо­та­ют, при мона­сты­ре. Клю­чи такие боль­шие, на коль­це огром­ные ключи.

- Сколь­ко человек?

- Их двое.

- Тебя будут свя­зы­вать или ты сво­бо­ден, идёшь?

- Нет, один захо­дит, чер­ты­ха­ясь, что здесь вонь такая сто­ит. Он мне гово­рит, типа, вста­вай, выхо­дим, а я уже измож­дён­ный такой, некорм­лен­ный, без воды. У меня боро­да отрос­ла, воло­сы отрос­ли, ног­ти гряз­ные, я босый. И он меня тол­ка­ет, и я очень исто­щён­но иду. И мы выхо­дим на сол­неч­ный свет, и я щурюсь, пото­му что режет очень гла­за. И тут уже люд­но, столь­ко шумов, зву­ки. Они меня везут на телеге.

- А теле­га запряжена?

- Да, эти же двое. Один лошадь ведёт, а этот идёт, что ли, за мной. Я на теле­ге. И я смот­рю по сто­ро­нам. Мы выез­жа­ем из это­го мона­сты­ря. И куда-то в бли­жай­ший при­го­род, навер­ное, город.

- Вот мы через поля едем.

- Как ты себя чувствуешь?

- Я улы­ба­юсь сол­ныш­ку. Послед­ний раз я его видел тогда, когда про­гу­ли­вал­ся, о чём-то меч­тал или размышлял.

- Как ты дума­ешь, жизнь твоя дей­стви­тель­но идёт к концу?

- Да, я пони­маю, что они меня везут на висе­ли­цу, поэто­му я улы­ба­юсь сол­ныш­ку, прищуриваюсь.

- Давай пере­ме­стим­ся за мгно­ве­ние до пове­ше­ния. Опи­ши со сто­ро­ны, как это устроено.

- Вот эта теле­га при­е­ха­ла на неболь­шую пло­щадь Доми­ки какие-то может двух, может трёх­этаж­ные, слеп­ле­ны друг к друж­ке и очень узкие такие улоч­ки, как сол­неч­ные лучи от этой пло­ща­ди. И с одной улоч­ки мы при­е­ха­ли, здесь уже любо­пыт­ству­ю­щие горо­жане соби­ра­ют­ся. Дере­вян­ный помост постро­ен. Висе­ли­ца, там этот, с голым пузом, в кол­па­ке с выре­зан­ны­ми гла­за­ми, палач-висельник.

- А его роль какая?

- Меня при­стро­ить, одеть эту верёв­ку. Он про­ве­ря­ет, как она завя­за­на, со зна­ни­ем дела. Его роль – выпол­нить эту работу.

- Когда тебе наде­ва­ют верёв­ку, ты сто­ишь на какой-то поверхности?

- Да, табу­рет­ка такая деревянная.

- Ска­жи, пожа­луй­ста, есть ли зри­те­ли у все­го это­го действия.

- Да, здесь на пло­ща­ди чело­век 50.

- Пом­нишь, насто­я­тель ещё где-то был. Он там.

- Да, он здесь. И рядом с ним какие-то дру­гие вель­мо­жи, не то мар­киз, само­го мар­ки­за нет.

- Посмот­ри ещё раз насто­я­те­лю в гла­за. Какая-то у вас с ним важ­ная завяз­ка. Это дей­стви­тель­но его рас­по­ря­же­ние было?

- Да, им нуж­но было просто…я знаю, что месяц с того вре­ме­ни про­шёл, я там в под­ва­ле месяц был, что­бы сфаб­ри­ко­вать какие-то лож­ные обви­не­ния. А, вот ещё. Появ­ля­ет­ся ещё такой чело­век, судья или про­ку­рор, он в чёр­ной ман­тии, и такая у него квадратная…как у судей голов­ной убор. И он раз­во­ра­чи­ва­ет сви­ток и чита­ет при­го­вор. Что вот этот Карл, какое дурац­кое имя. Что-то с име­нем не то. Он им всем объ­яв­ля­ет обо мне, что я какой-то злост­ный заго­вор­щик, что целую сеть заго­во­ра про­тив наше­го коро­ля плёл, и ещё какие-то види­мо люди участ­во­ва­ли в этом заго­во­ре и я глав­ный зачин­щик. Такое лож­ное обви­не­ние. Мне это так глу­бо­ко смеш­но и при­ми­тив­но. А эти люди, они все верят, они при­ми­тив­ны и негра­мот­ны, ниче­го в поли­ти­ке не пони­ма­ют. Мож­но лож­но обви­нить. Тем самым они себя выго­ра­жи­ва­ли, эти истин­ные заго­вор­щи­ки. В общем, при­го­вор был озву­чен. Через повешение.

- Посмот­рим повешенье?

- Да.

- Что дела­ет палач?

- Ещё раз я эти гла­за вижу. Я вро­де спи­ной. Но моё лицо туда…я толь­ко вижу две улоч­ки с этой пло­ща­ди. Уже пет­ля у меня оде­та. Она из бело­го кана­та такого.

- Проч­ная верёв­ка, выдержит?

- Очень тол­стая, несколь­ко паль­цев, све­жень­кая. Я заме­тил, думаю, надо же, такая све­жень­кая, новенькая.

- А сего­дня веша­ют толь­ко тебя?

- Так инте­рес­но. Такое впе­чат­ле­ние, что на этой верёв­ке я пер­вый. Как буд­то она заме­не­на. То ли денег дали это­му пала­чу и вот он обно­вил инвен­тарь. То есть я лицом туда, а там у меня за спи­ной этот настоятель.

- И даль­ше будет мгно­ве­ние, рас­ска­жи, это быст­рая смерть – через повешение?

- Да, он выби­ва­ет эту табу­рет­ку у меня, и я слы­шу хруст позвон­ков шей­ных. Даже груд­ных. Такой внут­рен­ний хруст.

- Душа выхо­дит из тела, ты зна­ешь этот момент. Ты сама пой­дёшь даль­ше, вме­сте с душой. Рас­ска­жи мне про тело, висит?

- Как-то очень быст­ро, да, оно чуть-чуть подёр­га­лось, зады­ха­ясь. Но всё моё вни­ма­ние было на хру­сте шей­ных, даже груд­ных позвон­ков. Всё, в прин­ци­пе, моя душа была в согла­сии с этим ухо­дом. И она так лег­ко воз­но­сит­ся, всё тело там оста­ёт­ся. Я поче­му-то обра­щаю вни­ма­ние на левую руку и левую ногу. Ног­ти грязные.

- Да, ты про­си­дел в подвале.

- У меня как у писа­ря, все­гда были чистые руки. А это душа заме­ча­ет, воз­вра­ща­ясь. Неак­ку­рат­нень­ко. Я бы хотел помыть руки.

- Хоро­шо. Побла­го­да­ри, пожа­луй­ста. Спа­си­бо телу за этот опыт, спа­си­бо все­му жиз­нен­но­му опы­ту, всем уро­кам. И преж­де, чем мы пой­дём спра­ши­вать про урок этой жиз­ни, пожа­луй­ста, при­под­ни­мись на этой мест­но­стью, рас­ска­жи про мест­ность. Ты гово­ри­ла, там улоч­ки, то есть это город­ская местность?

- Да, я воз­но­шусь над этим городом.

- Ещё чуть подроб­нее про кар­ту. Может быть, ты ска­жешь, какая это часть Франции?

- Я вижу, что эти город­ки такие малень­кие, и они соеди­не­ны меж­ду собой доро­га­ми через лес. И может быть, это назы­ва­лось Про­ванс, вот эта местность.

- А король, сей­час один король на всю Фран­цию? Где показываешь?

- Туда.

- Севе­ро-запад?

- Если вот здесь Про­ванс, то, что я назы­ва­ла. А сам Париж, навер­ное, или дво­рец, где…я там нико­гда не был, он вон там, левее (пока­зы­ва­ет рукой выше и левее).

- Выше и левее. Спа­си­бо тебе боль­шое, Карл, за всё, что ты пока­зал и рас­ска­зал сегодня.

Как стать психологом?

  • Полу­чить про­филь­ное образование
  • Очень мно­го опы­та (в том чис­ле соб­ствен­ная проработка)

Клас­си­че­ская про­фес­сия пси­хо­ло­га пред­по­ла­га­ет, что раз­ви­тие идет без оста­нов­ки. Поэто­му готовь­тесь учить­ся всю жизнь.

Отве­ча­ет пси­хо­лог, регрес­со­лог Диа­на Орлан

Запи­сать­ся на кон­суль­та­цию или обу­че­ние к Диане Орлан ПОДРОБ­НЕЕ

Maria Без рубрики, Диана Орлан, Диана ОРЛАН, Новости 0 комментариев , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

Почему психологи сразу не дают ответ, как вести себя в определенной ситуации?

Часто чело­век хочет знать, какой сде­лать шаг, как себя вести в опре­де­лен­ной ситуации? 

Пси­хо­ло­ги боль­шин­ства направ­ле­ний не дают сове­тов, как себя вести в вашей жиз­ни. Поче­му? Смот­ри­те видео. 

Отве­ча­ет пси­хо­лог, регрес­со­лог Диа­на Орлан

Запи­сать­ся на кон­суль­та­цию или обу­че­ние к Диане Орлан ПОДРОБ­НЕЕ

Балканский лучник

Диа­на Орлан 

По прось­бе регрес­сант­ки про­ве­де­на регрес­сия в память её рода. Один из пред­ков, луч­ник, подроб­но пока­зы­ва­ет свою жизнь (пред­по­ло­жи­тель­но Бал­ка­ны, 9 век) и борь­бу с вра­га­ми, воору­жён­ны­ми ята­га­на­ми. Целясь в заво­е­ва­те­лей сво­ей зем­ли, луч­ник ощу­ща­ет их тём­ную энер­гию и, по сути, стре­ля­ет не в людей, а в сущ­но­стей, кото­рых видит как тём­ный туман­ный сгу­сток. В кон­це регрес­сии пре­док рас­ска­зы­ва­ет регрес­сант­ке часть её родо­слов­ной, до сих пор неиз­вест­ной ей. Финаль­ная часть регрес­сии не при­во­дит­ся в дан­ном отрыв­ке в силу упо­ми­на­ния фами­лий чле­нов рода и очень лич­ной инфор­ма­ции, пред­на­зна­чен­ной для регрессантки.

- Тюр­ба­ны? Это те, кто при­хо­дят, те, от кого защищаться?

- Тюр­ба­ны вра­га, они пол­зут по скло­ну и их очень мно­го. И я на коне, вме­сте с мои­ми бра­тья­ми, род­нёй. Я пыта­юсь обо­ро­нять дорогу.

- А ска­жи­те, доро­га которая?

- Доро­га гор­ная, но дру­гая, не та. Гор­ная доро­га, под­ступ к тем местам, где они живут. И вижу, что мно­го в горах жилищ и зам­ки при­стро­е­ны к ска­лам. И они на этой узкой тро­пе со мной, с лошадь­ми, обсы­па­ют­ся кам­ни. И они долж­ны отра­жать набе­ги этих людей в тюр­ба­нах. У них какая-то поло­са­тая одеж­да, про­доль­ные полоски.

- А лица видите?

- Нет, одни боро­ды вижу, про­сто тюр­ба­ны засло­ня­ют. Но они раз­ные. В тём­ных одеж­дах есть, и всё это…но это, навер­ное, сей­час одеж­ды как-то изме­ни­лись, потем­не­ли, но их мно­го и вни­зу сто­ят ещё пол­чи­ща и кон­ни­ки, но кон­ни­ки не могут забрать­ся по ска­ле наверх.

- Их мно­го, а вас много?

- Нет, нас немного.

- При­мер­но посчи­тай­те. Как вы чув­ству­е­те, сколь­ко вас, мужчин?

- Чело­век два­дцать пять.

- Какое ощу­ще­ние внут­ри, есть у вас шанс победить?

- Да.

- Есть. За счёт чего буде­те усиливаться?

- Долж­на помощь прийти.

- Мож­но я спро­шу про ору­жие, есть ли у вас какое-то оружие?

- Да, конечно.

- Какое?

- Очень длин­ные кин­жа­лы. И луки.

- Рас­ска­жи­те про лук, какой он?

- Лук из поли­ро­ван­но­го дере­ва с инкру­ста­ци­ей, каж­дая стре­ла очень кра­си­вая и доро­гая. Но их не жал­ко, пото­му что они попа­да­ют туда, куда надо, и стре­ла каж­дая заря­же­на какой-то энер­ги­ей защи­ты. Эта стре­ла прон­за­ет не толь­ко одно­го чело­ве­ка, но и всё, что с ним свя­за­но, с этой чуже­зем­ной агрессией.

- А объ­яс­ни­те, пожа­луй­ста, как это так? Её кто-то заря­дил энер­ге­ти­че­ски? Може­те назад посмот­реть, как изго­тав­ли­ва­лась эта стре­ла, как она дела­лась? Тяже­ло смотреть?

- Да, меня это не касается.

- Не пой­дём, воз­вра­щай­тесь туда, где они обо­ро­ня­ют­ся. Мате­ри­ал наконечника?

- Брон­зо­вый.

- А сама стре­ла из чего сделана?

- Из корич­не­во­го поли­ро­ван­но­го дере­ва, перо такое плот­ное, и она не двой­ная, а кон­крет­но крепление.

- Хоро­шо. То есть вы уме­е­те стре­лять из лука?

- Да, конеч­но, очень хорошо.

- А може­те научить того, кто будет вас слу­шать? Как это, как натя­ги­вать тети­ву, как ста­вить лук, как целиться?

- Лук дол­жен быть вер­ти­каль­но постав­лен, парал­лель­но телу. Очень важ­но поста­вить паль­цы и поло­жить стре­лу на паль­цы. Тети­ва из кожи сде­ла­на, и она очень эла­стич­ная, но она плос­кая, то есть она не круг­лая, тру­боч­кой, а она плос­кая, и стре­ла встав­ля­ет­ся меж­ду кре­сто­ви­ной перьев. Очень важ­но поставить…там есть такая выем­ка, на эту выем­ку поста­вить плос­кую тети­ву, и натя­ги­вать надо очень акку­рат­но, что­бы не повре­дить перья. Нако­неч­ник дол­жен смот­реть парал­лель­но зем­ле, и целить­ся надо всё-таки выше, что­бы стре­ла лете­ла по дуге. И она будет по дуге, и сила её воз­рас­та­ет, когда она начи­на­ет падать. Поэто­му рас­сто­я­ние надо рас­счи­ты­вать: одна треть вверх, а две тре­ти вниз.

- Хоро­шо. Давай­те най­дём эпи­зод, когда он стре­ля­ет. Посмот­рим, попал он в кого-то или нет. Пере­ме­щай­тесь. Рас­ска­жи­те про его состо­я­ние, какое внут­рен­нее состо­я­ние чело­ве­ка, кото­рый пре­крас­но вла­де­ет искус­ством стрель­бы из лука, а теперь он сра­жа­ет­ся с вра­гом. Как это внутри?

- Он уби­ва­ет не людей. Он уби­ва­ет какие-то сущ­но­сти. Там очень силь­ные силы, и поэтому.

- Стре­ля­ет в кого?

- Не в кого, во что.

- Во что? Как он пони­ма­ет, что имен­но туда надо стрелять?

- Там есть кон­цен­тра­ция тумана.

- А его вид­но глазами?

- Да, гла­за­ми, он плот­ный, пря­мо­уголь­ная фор­ма, как огром­ная короб­ка, и там плот­ный сизый спре­со­ван­ный туман, а по кра­ям она тем­но-серая, как бы из дру­го­го мате­ри­а­ла и надо попа­дать в эти короб­ки. И он попа­да­ет туда.

- И даль­ше что? Как транс­фор­ми­ру­ет­ся туман, когда в него попали?

- Стре­ла летит вглубь, я уже со стре­лой лечу вглубь.

- Пере­ме­щай­тесь, пожа­луй­ста, впе­рёд, посмот­рим, что там с эти­ми людь­ми, кото­рые в тюр­ба­нах, чем закон­чи­лось? Отби­ли род­ную зем­лю или нет? Пожа­луй­ста, пере­ме­щай­тесь впе­рёд, когда исход этих битв ста­но­вит­ся ясен.

- Мы ухо­дим по тро­пе. Оста­лись несколь­ко людей, кони. Даже один конь упал спи­ной вниз. Сза­ди тоже погиб­шие наши, но я не огля­ды­ва­юсь, я знаю, что мы при­дём и конеч­но их похо­ро­ним долж­ным обы­ча­ем, но сей­час мы очень уста­ли. Мы воз­вра­ща­ем­ся домой. Склон усы­пан каки­ми-то малень­ки­ми тру­па­ми вра­га, вни­зу, там, где были ещё та доро­га, по кото­рой они при­шли, она осво­бо­ди­лась, они побро­са­ли какие-то дере­вян­ные теле­ги, что при­вез­ли с собой, мно­го от них…помимо тру­пов оста­лось очень мно­го мусо­ра. Но они ушли. Они ушли впра­во, а мы идём домой, влево.

- Хоро­шо. Иди­те домой. Вдох – и вы уже дома. Рас­ска­жи­те про это ощу­ще­ние, при­шёл с вой­ны, после бит­вы, как это дома.

- Вечер.

- Вас кто-то ждет?

- Да, она ждёт. Ребё­нок спит.

- Вы улы­ба­е­тесь, я вижу.

- Она рас­пу­сти­ла воло­сы. Она такая тёп­лая, она попра­ви­лась за это вре­мя, она была такая худень­кая девуш­ка, а сей­час я её ощу­щаю, она очень такая тёплая.

- Как зовут это­го мужчину?

- Верон.

- Хоро­шо, Верон, я буду так к тебе обра­щать­ся. Верон, ты защи­щал род­ную зем­лю, дом, свою семью. Рас­ска­жи, кто вы, ваш народ – это кто?

- У меня пер­вое – вос­по­ми­на­ние, то, что я вышел от сво­их дедов, пра­де­дов. Мы не все­гда жили на этой зем­ле, мы пришли.

- Сей­час ты на этой зем­ле. Как ты назы­ва­ешь свою землю?

- У меня как бы несколь­ко имён, они идут, идут, никак не нащу­паю сло­во­со­че­та­ния, мно­го назва­ний этим зем­лям, мы сами дали им названия.

- Хоро­шо, а можешь рас­ска­зать, как ты бы рас­ска­зы­вал сво­е­му под­рос­ше­му сыну? Рас­ска­жи про кра­со­ты, куль­ту­ру, про обы­чаи тво­е­го наро­да. Нам всё инте­рес­но, рас­ска­жи про вас.

- У нас не при­ня­то про­яв­лять бур­но радость. Мы очень замкну­тые, очень гор­дые люди, кото­рые забо­тят­ся о сво­ей семье, о сво­ём оча­ге и живут с при­ро­дой воеди­но, что­бы её не оби­деть. И у нас нет тако­го отно­ше­ния к дере­вьям, что­бы мы каж­до­му не покло­ни­лись. То есть у нас каж­дое дере­во, каж­дый камень — это всё свя­щен­но. У нас мно­го богов. У нас каж­дый бог — это сти­хия. У нас нет боль­ших праздников.

- А у вас есть лето­ис­чис­ле­ние, рас­ска­жи, какое у тебя сей­час время?

- 836 у меня почему-то.

- Хоро­шо. А какое вре­мя года там сейчас?

- Осень.

- Ска­жи, пожа­луй­ста, эти люди в тюр­ба­нах и поло­са­тых одеж­дах – отку­да они взя­лись, как ты их называешь?

- Они были с кри­вы­ми ята­га­на­ми, это я чёт­ко знаю. Это кри­вой меч, доволь­но корот­кий, они дер­жа­ли их в руках, когда караб­ка­лись и помо­га­ли себе руко­ят­ка­ми, что­бы караб­кать­ся наверх.

- Ска­жи, а у них есть вера, у этих людей? У вас мно­го божеств, они все про при­ро­ду. А у них как?

- Чёр­ный какой-то у них.

- Ты как буд­то видишь энергии?

- Да, чёр­ную энер­гию, совер­шен­но мне про­тив­ную раз­ру­ши­тель­ную энергию.

- А как ты научил­ся видеть энергию?

- Тянут­ся такие…щупальца, с того места, отку­да они ушли. Они не исчез­ли. Они живы, как полчища.

- Ты мор­щишь­ся. Противно?

- Да, и от них идёт чёр­ный дым и там мало человеческого.

- Мало чело­ве­че­ско­го, а мно­го какого?

- Насе­ко­мых.

- А в вас, наобо­рот? В вас мно­го человеческого?

- Чело­ве­че­ско­го, мы от птиц.

- А ска­жи, всё чело­ве­че­ство так устро­е­но? Не быва­ет сто­про­цент­но чело­ве­че­ско­го или бывает?

- Я знаю, где-то кор­ни за моря­ми, есть ещё такие же, как мы, как наши.

- А как так полу­чи­лось, что вы раз­де­ле­ны морями?

- Мы при­шли сюда, пото­му что там была болезнь (тяже­ло дышит).

- Болезнь, и вы мог­ли скрыть­ся от этой болезни?

- Да, мы ушли, спа­сая себя и сво­их детей. Я тогда был малень­ким маль­чи­ком, где-то лет двенадцати.

- А поче­му вы выбра­ли имен­но эту мест­ность, эту землю?

- Так полу­чи­лось, я не знаю, поче­му. Кто-то ска­зал, что надо идти туда. Это­го я не знаю.

- Хоро­шо. Что бы ты заве­щал сво­е­му сыну – оста­вать­ся на этой зем­ле, про­дол­жать здесь или перемещаться?

- Он тоже умер.

- Кто умер?

- Сын.

- А в какой момент? Мы сей­час пой­дём впе­рёд. Смот­ри­те толь­ко со сто­ро­ны, что слу­чи­лось с сыном. Жена умер­ла? Что с сыном.

- Она ещё была жива. Ребён­ку шесть-семь лет, нет, семь-восемь.

- Что произошло?

- Это моя вина, он был ещё малень­кий и он сорвал­ся, упал. Я его дол­го искал, он про­стыл, забо­лел и он сго­рел. И тень ста­ла тонень­кая про­зрач­ная, и он умер.

- А как он упал? Поче­му себя винишь, Верон?

- Мне не надо было его брать с собой, это была зима.

- Ты взял его с собой, и он где-то упал, или он про­сту­дил­ся и заболел?

- Да.

- Сей­час сде­лай, пожа­луй­ста, глу­бо­кий вдох и выдох. Верон, это его путь. Идём чуть даль­ше, туда, где жизнь твоя тоже закон­чит­ся, и ты смо­жешь сде­лать выво­ды. Спа­си­бо тебе боль­шое за этот рас­сказ, это очень цен­но. Давай пой­дём в послед­ний момент тво­ей жиз­ни, послед­ний момент. Смот­ри­те со сто­ро­ны. Как он умер?

- Он умер хоро­шо, он умер стариком.

- А где?

- Он мно­гое понял. На откры­той ска­ле, плос­кая ска­ла, то там были какие-то тёп­лые тра­вы. Умер под солнцем.

- Он уже, навер­ное, пони­мал, что умирает?

- Пони­мал. Да, это кра­си­вый момент, и радостно.

- Хоро­шо. Обыч­но чело­век уже пони­ма­ет, в целом, всё, что запла­ни­ро­вал, всё успел? Хоро­шая жизнь была?

- У него были ещё семьи. Даже две семьи. У него было мно­го детей. Их он так не любил, но они оста­лись. Они тёп­лые, у них всё в поряд­ке. Оста­вил. Зем­ля сво­бод­ная. Неза­во­ё­ван­ная. Как бы он всё сделал.

- Винит себя в смер­ти сына или уже нет?

- Нет, нет, конеч­но нет.

- А про жену его первую, про Хилайю, что ска­же­те, что случилось?

- Она про­сто умер­ла от горя, она ста­ла сох­нуть, она не пере­жи­ла это­го, пото­му что он и потом ухо­дил, его не было, и жизнь для неё поте­ря­ла смысл. У неё, уди­ви­тель­но, козы были, коз­ля­та, ещё живот­ные были. И потом она оде­лась во всё чёр­ное и лег­ла, свер­ну­лась кала­чи­ком. У неё лежа­ноч­ка была спра­ва от оча­га, она лег­ла туда, свер­ну­лась кала­чи­ком, накры­лась домо­тка­ным оде­я­лом и умерла.

- Сей­час мы зада­дим Веро­ну слож­ный вопрос. Сего­дняш­няя Ири­на при­шла в память рода, к тебе, Верон. Рас­ска­жи ей, пожа­луй­ста, какая веточ­ка дала ей жизнь. Вы род­ствен­ни­ки, рас­ска­жи про эту кров­ную связь, всё, что чувствуешь.

- Это тре­тий ребё­нок от вто­рой жены, девоч­ка. Она ушла в низи­ны. Она ушла в пло­до­род­ные места, там, где мно­го лесов, полей, где паш­ня. Она ушла туда ещё моло­день­кой девоч­кой, рабо­тать, жить, она про­сто, навер­ное, убе­жа­ла, ушла из дома.

- Да, и там, в низи­нах, у неё роди­лись дети?

- Я был очень зол на неё, как она мог­ла наше солн­це уне­сти туда? Я зол на неё. Она непра­виль­но сделала.

-Ты зол на неё. Верон, она потом роди­ла детей, кото­рые при­ве­ли к рож­де­нию Ири­ны, тво­е­го потом­ка. Про­шло мно­го-мно­го-мно­го времени.

- У неё чет­ве­ро детей было, да.

- Да, и от кого потом Ири­на из этих чет­ве­рых? Поищи кров­ную связь.

- Там от вто­ро­го сына, у неё пошёл (далее упо­ми­на­ет­ся родо­вая фамилия).

Страх смерти

Страх смер­ти – совер­шен­но нор­маль­ный инстинк­тив­ный страх. 

Все люди на пла­не­те изна­чаль­но боят­ся смерти… 

Но как быть со стра­хом смер­ти, если он не дает вам жить?

Отве­ча­ет пси­хо­лог, регрес­со­лог Диа­на Орлан

Запи­сать­ся на кон­суль­та­цию или обу­че­ние к Диане Орлан ПОДРОБ­НЕЕ

Психологи не помогают

Поче­му пси­хо­ло­ги не помогают? 

Или поче­му вы до сих пор не нашли того пси­хо­ло­га, кото­рый смог бы вам помочь?

Отве­ча­ет пси­хо­лог, регрес­со­лог Диа­на Орлан

Запи­сать­ся на кон­суль­та­цию или обу­че­ние к Диане Орлан ПОДРОБ­НЕЕ

Я не хочу детей. Это нормально?

Нор­маль­но ли не хотеть иметь детей? 

Что внут­ри вас рож­да­ет этот вопрос? 

Где вы себя осуждаете? 

Люди делят­ся на тех, кто не любит детей, любит детей и на тех, кто любит толь­ко сво­их детей.

Дети – это про­дол­же­ние пары. Поду­май­те, хоти­те ли вы детей от того чело­ве­ка, с кото­рым вы в паре. 

Отве­ча­ет пси­хо­лог, регрес­со­лог Диа­на Орлан

Запи­сать­ся на кон­суль­та­цию или обу­че­ние к Диане Орлан ПОДРОБ­НЕЕ

العربيةEnglishFrançaisDeutschРусскийEspañol