Древний Крым / фрагмент регрессии / Диана Орлан

(из книги Дианы Орлан «Беседы с регрессологом. Том 1)

Диа­на Орлан 

Регрес­сант­ка погру­жа­ет­ся в про­шлую жизнь муж­чи­ны, хра­ни­те­ля зна­ний, пред­по­ло­жи­тель­но на тер­ри­то­рии совре­мен­но­го Кры­ма, до нашей эры. Регрес­сант­ка очень подроб­но опи­сы­ва­ет ала­нов – народ, при­шед­ший на эту тер­ри­то­рию после того, как их зем­ли ста­ли непри­год­ны­ми. Тот, кем она когда-то была, раз­го­ва­ри­ва­ет с кам­ня­ми и ска­ла­ми, как с живы­ми, и даёт некое напут­ствие о том, что кам­ни, кото­рые люди заби­ра­ют с собой домой, луч­ше воз­вра­щать на зем­лю. Регрес­сант­ка пла­ни­ру­ет сно­ва в физи­че­ском мире посе­тить рай­он Ман­гуп-Кале в Кры­му, а так­же боль­ше иссле­до­вать сим­во­лы, выре­зан­ные в камне, кото­рые уви­де­ла в регрес­сии. Регрес­со­лог Даи­на Орлан.

- Он при­шёл к како­му-то очень ста­ро­му муж­чине. У него на лице белой крас­кой нари­со­ва­на поло­са с лба до носа. И точеч­ки белые такие. Белой крас­кой точ­ки, полосы.

- Хоро­шо. И как они вза­и­мо­дей­ству­ют с этим муж­чи­ной? Гово­рят ли они хоть что-то?

- Да, он рас­ска­зы­ва­ет ему исто­рию народу.

- Послу­шай, пожа­луй­ста, исто­рию наро­да. Если мож­но, рас­ска­жи мне. Как вы называетесь?

- Это назва­ние. Аланы.

- Хоро­шо, ала­ны. Рас­ска­жи­те, пожа­луй­ста, исто­рию и какие-то смыс­лы, поче­му этот чело­век лет в 20 дол­жен ухо­дить куда-то дале­ко. Он идёт в пеще­ры. Как это свя­за­но с исто­ри­ей народа?

- Дол­жен быть кто-то, кто будет хра­нить знания.

- Хра­нить зна­ния. А мож­но узнать что-то важ­ное об этих зна­ни­ях? О чём они?

- Вот в камне выруб­ле­ны какие-то сим­во­лы, геометрические.

- А ты их видишь?

- Да, я их вижу, в них вода собирается.

- Можешь потом зари­со­вать? Запомни.

- Ага.

- Я задам вопрос. Может быть, счи­та­ешь через сим­во­лы, а может, спро­сишь это­го ста­ро­го чело­ве­ка с поло­сой на лице. Спро­си, пожа­луй­ста, отку­да при­шли ала­ны, отку­да они родом?

- Какие-то тер­ри­то­рии, кото­рые ста­ли непри­год­ны для про­жи­ва­ния, они ушли,ушли в горы.

- А те тер­ри­то­рии гео­гра­фи­че­ски, по отно­ше­нию к это­му месту, где?

- Труд­но понять.

- Дол­го надо было пере­ме­щать­ся, что­бы дой­ти до сего­дняш­не­го места, насколь­ко дале­ки те непри­год­ные зем­ли, оце­ни в сред­стве пере­дви­же­ния тех времён.

- Око­ло месяца.

- А на чём вы передвигались?

- Это даже не лоша­ди. Такие, как ослы.

- А мно­го вас при­шло, спас­лись многие?

- Я вижу укра­ше­ния, люди небед­ные, у них укра­ше­ния на голо­вах такие красивые.

- А из чего сделаны?

- Золо­то.

- И у муж­чин, и у женщин?

- Я вижу в основ­ном у жен­щин, но и у муж­чин тоже, такие пла­стин­ки золотые.

- Пла­стин­ки, как они на голо­ве крепятся?

- У них белые плат­ки, и поверх такие укра­ше­ния золо­тые массивные.

- Опи­ши, пожа­луй­ста, внеш­ность. Выхва­ти взгля­дом, попро­буй, жен­щи­ну. Опи­ши её внеш­ность. Цвет кожи, гла­за, раз­рез глаз.

- Боль­шие гла­за, тём­ные. Несиль­но смуг­лая кожа, но и не чисто белая.

- А цвет волос?

- Тём­ные, карие гла­за и воло­сы тоже, каштановые.

- У меня вопрос, как назы­ва­ет­ся та тер­ри­то­рия, где нахо­дит­ся пеще­ра, или где этот муж­чи­на раз­го­ва­ри­ва­ет со стар­цем. Какое гео­гра­фи­че­ское назва­ние тебе при­хо­дит, тех вре­мён или сегодня?

- Это посе­ле­ние на Ман­гуп-Кале в Кры­му, очень похо­же на то место.

- Ты была там в этой жизни?

- Да, я там была.

- Выхва­ти взгля­дом, пожа­луй­ста, если в камне где-то выруб­ле­ны похо­жие сим­во­лы, если вдруг есть сохра­нив­ши­е­ся кам­ни похо­жие, най­ди сквозь вре­мя и пространство.

- Там есть храм, кото­рый был най­ден, и там есть пли­ты с каки­ми-то очер­та­ни­я­ми, но очень пло­хо сохранились.

- Похо­же на то, что ты сей­час видишь? То есть это аланское?

- Да, но я не уве­ре­на, что это кон­крет­но ала­ны, что они так назы­ва­лись. Про­сто при­шло вот это название.

- Хоро­шо. Что ещё ска­жешь про этот народ? Сей­час обрат­но к стар­цу вер­нись. Что ещё важ­но про этот народ? Тот, кто будет хра­нить обы­чаи и зна­ния, точ­но будет знать.

- Вся их исто­рия в камне. И в этой горе и там ещё внутри.

- А сей­час какая эпо­ха, там, где эти двое муж­чин раз­го­ва­ри­ва­ют? Какое у них летоисчисление.

- Это ещё до нашей эры.

- А ска­жи, эту исто­рию ещё и пишут в камне? Зачем на камне обо­зна­чать какие-то сим­во­лы? Это же рукотворно?

- Ага.

- Зачем?

- Как буд­то это их сила, это их земля.

- А когда ты сим­вол выбил на камне, что про­ис­хо­дит с силой? Поче­му имен­но в камне надо выбивать?

- Чтоб работало.

- Запу­стить, акти­ви­зи­ро­вать? Объ­яс­ни, чтоб рабо­та­ло что.

- Чтоб защищало.

- Хоро­шо. Давай пере­ме­стим­ся к пеще­ре. Он пого­во­рил со стар­цем, да?

- Да, он у него жил какое-то время.

- Был смысл в том, что он там живёт, правильно?

- Да, он не один там был, к нему при­хо­ди­ли муж­чи­ны. Он пере­да­вал эти истории.

- Давай пой­дём чуть поз­же. Ты пере­ме­ща­ешь­ся, ты будешь жить в пеще­ре. Ты это зна­ешь из более позд­не­го эпи­зо­да той жиз­ни. Пере­ме­щай­ся и ощу­ти доро­гу. Как имен­но ты выбрал ту пеще­ру. Раз, да, три.

- Эта пеще­ра уже была сделана.

- Кем?

- Да, она была сфор­ми­ро­ва­на пол­но­стью, там не тре­бо­ва­лось что-то допол­ни­тель­но обу­стра­и­вать. Когда-то она уже была создана.

- Кем-то или чем-то?

- Да, она была созда­на кем-то до всех.

- Хоро­шо, и вот он выбрал эту пеще­ру. Какие мыс­ли, преж­де чем он обу­стро­ил­ся там?

Какие мыс­ли? Ныр­ни в него, почув­ствуй его. Поз­же, ты гово­ри­ла, он будет чув­ство­вать себя частью этой пеще­ры. А сей­час, это самое нача­ло, как ему?

- У него такое чув­ство: наконец-то.

- Так он ждал?

- Да, ждал, хотел, это его судь­ба, он гор­дит­ся, при­шёл к этому.

- А в этот момент ему сколь­ко лет при­мер­но? Мы зна­ем про его 20 и про 50 с чем-то, а сей­час ему сколько?

- 31, что ли.

- А он один туда при­шёл, то есть будет ото­рван от людей, или нет?

- Да, он при­шёл один, и такое ощу­ще­ние, что он раз­го­ва­ри­ва­ет с этой горой, с этим камнем.

- Пого­во­ри, почув­ствуй, как это, раз­го­ва­ри­вать с горой, с камнем.

- Он пря­мо отве­ча­ет ему, как живой.

- Ты тоже чувствуешь?

- Да, я пря­мо вижу эту кар­ти­ну, как буд­то ска­ла сама име­ет очер­та­ния лица, что-то гово­рит. В общем, камень живёт.

- Да, камень живой.

- Сама пещера.

- Что мож­но узнать о самой пеще­ре, как с ней вза­и­мо­дей­ство­вать можно?

- Спо­кой­ствие ума, если есть. Вооб­ще чело­век спо­со­бен на это.

- Ты способен?

- Да.

- Ты это­му учил­ся, или тебе это про­сто дано?

- Дано, такие быва­ют, пери­о­ди­че­ски рождаются.

- Мож­но попро­сить у тебя неко­то­рой муд­ро­сти? Пожа­луй­ста, рас­ска­жи сего­дняш­ней Ната­ше про спо­кой­ствие ума, а луч­ше дай ей почув­ство­вать, пере­дай ей состояние.

- Что­бы вот это спо­кой­ствие ощу­тить, нуж­но выбро­сить всё лиш­нее из голо­вы, что­бы она ста­ла лёг­кая-лёг­кая, как буд­то она взле­тит сей­час, голо­ва, как воз­душ­ный шар, лёг­кая очень.

- Ты в поряд­ке? Хочешь туда или пау­зу сделаем?

- Да, хочет­ся, инте­рес­но очень.

- Тогда попро­буй, вдох, он твой учи­тель, он тебя ведёт, ты смо­жешь. (пау­за). Нор­маль­но себя чувствуешь?

- Да, лёг­кость такая.

- Отлич­но. А с телом что про­ис­хо­дит в этот момент?

- Почти не чув­ству­ет­ся. Как пушин­ка, лёг­кая, так мож­но пере­ме­щать­ся. Вро­де бы он там нахо­дит­ся и в то же вре­мя пере­ме­ща­ет­ся куда угодно.

- То есть лёг­кий дух или лёг­кое сознание.

- Да, тело тут, а он сам пере­ме­ща­ет­ся ещё глуб­же, в скалу.

- Теперь у тебя есть новый спо­соб. А может быть, ныр­нёшь? Толь­ко потом вер­нёшь­ся, лад­но? Часть вни­ма­ния оставь там, где он сей­час сидит, а дру­гую часть вни­ма­ния вме­сте с ним в скалу.

- Да, там такой тре­уголь­ник и очень теп­ло и очень светло.

- А свет от чего, источ­ник света?

- Там пар или дым, внут­ри что-то есть.

- Это живой огонь, ско­рее всего?

- Ско­рее все­го. Источ­ник теп­ла там. Там какая-то сила, как инер­ция какая-то.

- Хоро­шо.

- Вот он и гре­ет­ся от это­го теп­ла, ему не холодно.

- А зачем он туда нырял, в эту глу­би­ну, в скалу?

- К источ­ни­ку чтоб бли­же быть.

- К источ­ни­ку. То есть это духов­ная прак­ти­ка? Возь­ми, пожа­луй­ста, из это­го опы­та, из ощу­ще­ний того чело­ве­ка, мак­си­маль­но столь­ко, сколь­ко тебе нуж­но. Учись, загру­жай, напол­няй­ся, очень мяг­ко, очень безопасно.

- Он как буд­то гово­рит мне: видишь, ты же зна­ла, что в этом, гора и всё живое.

- А спро­си его, как это мож­но при­ме­нить в сего­дняш­ней жиз­ни Наташи?

- Мож­но раз­го­ва­ри­вать, тоже, с камнем.

- В сего­дняш­них тво­их усло­ви­ях город­ских, важен раз­мер кам­ня или каче­ство кам­ня, как тебе подо­брать тот камень, кото­рый нуж­но? Как ты поймёшь?

- Вро­де как это горы долж­ны быть. То есть они долж­ны быть источ­ни­ком, да, горы, они же живые. Сердце.

- Спро­си про горы в рай­оне Сева­сто­по­ля, есть что-нибудь? Где бы ты такие горы мог­ла най­ти в сего­дняш­нем состоянии?

- Я уже встре­ча­ла подоб­ные горы на Алтае.

- А если сей­час поехать, допу­стим, на Ман­гуп-Кале, будут ли горы, кото­рые тебе подходят?

- Да, будут.

- Узна­ешь, сможешь?

- Да. Они живые – горы, там, в Кры­му, толь­ко так, поти­хонь­ку открываются.

- У меня вопрос про малень­кие кам­ни, кото­рые живут в горо­дах. Мож­но его спро­сить? Име­ют ли малень­кие кам­ни какую-то связь с боль­шой муд­ро­стью, с боль­шой силой тех камней?

- Да, конечно.

- А как тогда город­ской чело­век может вза­и­мо­дей­ство­вать с неболь­шим кам­нем, с таким, кото­рый на ладо­ни уме­ща­ет­ся? Дай­те какую-нибудь технику.

- Сра­зу воз­ни­ка­ет ощу­ще­ние, когда домой кам­ни при­но­сят, что это ответ­ствен­ность боль­шая. Да, дер­жать в доме кам­ни, кото­рые даже про­сто при­ве­зе­ны отку­да-то, с их места, где они были рождены.

- А ответ­ствен­ность в чём?

- В том, что их когда-то вер­нуть надо, на их место. Раз уж берёшь.

- А как понять? Как решить – вер­нуть или пере­ме­стить камень, может быть, камень хочет куда-то. Как с ним вза­и­мо­дей­ство­вать, что­бы понять ответ?

- Попы­та­юсь сей­час понять. Хотя бы, как мини­мум, их обрат­но, к зем­ле, воз­вра­щать. Хотя бы на время.

- На время.

- Да, эти усло­вия не очень хоро­шие для кам­ней в квар­ти­рах. И ещё вот этот спо­соб – соль! Соль, опус­кать их, но это мини­мум, что мож­но сде­лать для них. Жела­тель­но их уно­сить к зем­ле, может быть зака­пы­вать, если нуж­но обрат­но забирать.

Диана Орлан
Психолог, регрессолог

8 января 2022 г. ОНЛАЙН групповая регрессия с Дианой Орлан 

Тема встречи: «Гармоничная жизнь в паре»

С 5 февраля 2022 года ОНЛАЙН обучение регрессиям с Дианой Орлан 

Авторская методика Дианы Орлан, с использованием техник Майкла Ньютона

Ученик Сергия Радонежского / фрагмент регрессии / Диана Орлан

из неопубликованной книги Дианы Орлан «Беседы с регрессологом. Том 2

Диа­на Орлан 

Регрес­сант­ка, опыт­ный регрес­со­лог и прак­тик, про­сит отве­сти её в ту жизнь, где она пере­се­ка­лась с Сер­ги­ем Радо­неж­ским. В сего­дняш­ней её жиз­ни про­ис­хо­дит мно­же­ство собы­тий и ощу­ще­ний, кото­рые при­во­дят её к мыс­ли о пересечениях.

В регрес­сии вспо­ми­на­ет­ся жизнь чело­ве­ка, кото­рый назы­ва­ет своё имя – Пере­свет, и рас­ска­зы­ва­ет о муд­ро­сти молит­вы до рас­све­та. Из даль­ней­ше­го обще­ния с Пере­све­том регрес­сант­ка узна­ёт, что он – уче­ник Сер­гия Радо­неж­ско­го и про­сит его дать очень важ­ные для себя под­сказ­ки на сего­дняш­нюю жизнь.

- Встаю рано, ещё до рас­све­та. Молитва.

- Иди сей­час в молит­ву, научи сей­час ту, кто к тебе при­шла, молить­ся так, как молишь­ся ты.

- Здесь важ­но то, что­бы дух был направ­лен на молит­ву и не отвле­кал­ся на что-то дру­гое. У меня это есть. У меня при­ро­да дру­гая. Тело поз­во­ля­ет удер­жи­вать дух.

- То есть тебе лег­ко это делать?

- Нелег­ко, как сказать…Мне всё рав­но при­хо­дит­ся себя…но мой дух не подо­бен соба­ке, дух и тело едины.

- А мож­но я тебя спро­шу: гово­рят, что есть дух, а есть душа. А есть меж­ду ним разница?

- Три­един­ство, дух, тело и душа. Дух – это как муж, а душа – это как жен­щи­на. Дух ‑защит­ник, муж­чи­на защит­ник, добыт­чик. Жен­щи­на мяг­кая, она теп­ло хра­нит, детей рас­тит, при­умно­жа­ет. Живут они в избе, так же и здесь в три­един­стве тела, духа и души. Душа более мяг­кая, дух более направ­лен­ный. Бьёт по направ­лен­но­му в цель.

- А когда у тебя идёт про­цесс молит­вы, кому ты молишь­ся или как ты молишь­ся, суть молит­вы объ­яс­ни, пожалуйста.

- Я встаю на коле­ни, рука­ми упи­ра­юсь в пол.

- Ты какие-то сло­ва произносишь?

- (сме­ёт­ся) У меня есть пони­ма­ние, что эта инфор­ма­ция несколь­ко закры­та, мно­го чего тут. Попро­бую пере­не­сти. Это не то, что вы дела­е­те в церк­ви. Это слож­но пере­ве­сти даже. Я чув­ствую это «раб­ство», пере­во­жу, «раб божий» в непра­виль­ной трак­тов­ке опре­де­ля­ет­ся сей­час. Нет чув­ства раб­ства, там есть очень древ­няя. Есть образ Иису­са, вижу обра­зок такой. Но и есть что-то древ­нее, то, что искон­но. Те зна­ния, кото­рые были изна­чаль­но. О при­ро­де, о живот­ных, о рас­те­ни­ях, о чело­ве­ке, о зем­ле, о небе, о солн­це. Это всё в одном, это всё неде­ли­мо. И моя молит­ва – она об этом. Но есть и Иисус. И он неот­де­лим от всего.

- Тогда, навер­ное, и ты неот­де­лим от все­го, это так?

- В какой-то сте­пе­ни да.

- А зачем молиться?

- Так на меня возложено.

- Мы при­шли в это вос­по­ми­на­ние, что­бы узнать, поче­му вос­по­ми­на­ния о Сер­гии Радо­неж­ском при­хо­дят к Марии. Может быть, пока­жешь, дашь понять?

- (сме­ёт­ся) Такое чув­ство, что эта инфор­ма­ция спря­та­на. Дай более точеч­ный вопрос.

- Пожа­луй­ста, сей­час дай Марии что-то очень-очень важ­ное для её сего­дняш­ней жиз­ни, на твоё усмотрение.

- Тело, дух. Укреплять.

- С чего начать?

- С молитвы.

- Маша, к тебе обра­ща­юсь, ты пони­ма­ешь, как это делать?

- Пони­маю, молить­ся надо, регулярно.

-А важ­но, в какое вре­мя дня, например?

- До рас­све­та. Пото­му что до рас­све­та про­сы­па­ет­ся при­ро­да. Когда перед тем, как рас­пу­стят­ся листья, самый силь­ный момент есть в дере­вьях, когда самое силь­ное напря­же­ние сил, когда идёт ток сока, но это ещё не рас­цвет дере­ва, то же самое вре­мя до рас­све­та ‑мак­си­маль­ное напря­же­ние, мак­си­маль­ный потен­ци­ал всех при­род­ных сил, все­го, что есть вокруг. То же самое с молит­вой до рас­све­та, это пра­виль­ное вре­мя, ты попа­да­ешь в этот ток. Вы это назы­ва­е­те энер­ги­ей. Я это назы­ваю ток жизни.

- А мож­но ли пря­мо в этом состо­я­нии, во вре­мя молит­вы, про­сить о чём-то, для себя, для жиз­ни человеческой.

- Если хоти­те, просите.

- Ска­жи, пожа­луй­ста, Пере­свет, сей­час в мире мно­го раз­ных рели­гий. Это важ­но, где имен­но человек?

- Этот вопрос мно­го­пла­но­вый, он содер­жит в себе мно­го раз­ных сло­ёв. Ничто, с одной сто­ро­ны, не зна­ме­нит жиз­ни. В той фор­ме, в какой она есть. Но для это­го нуж­ны зна­ния. Нуж­но уметь не отде­лять­ся от жиз­ни, а сле­до­вать с этим пото­ком. В пото­ке жиз­ни. Для это­го опять же нуж­ны зна­ния и пони­ма­ние, как всё устроено.

- Как обыч­ный чело­век может полу­чить знания?

- Через обучение.

- Искать зем­но­го учителя.

- Как пра­ви­ло, да.

- А у кого ты учился?

- Я учил­ся. И это были не те люди, кото­рые пашут зем­лю. Для них как раз рели­гия и есть, при­ме­ня­ет­ся. Пото­му что это их струк­ту­ри­ру­ет, но это всё же в несколь­ко упро­щён­ной фор­ме. Ты молишь­ся – ты направ­ля­ешь своё вни­ма­ние. Богу, всё пра­виль­но, но ты не зна­ешь нюан­сов. Если ты молишь­ся не до рас­све­та, напри­мер, ты уже непра­виль­ное вре­мя выби­ра­ешь, уже не попа­да­ешь в этот ток сока жиз­ни. Это к при­ме­ру. Одной молит­вы мало, нуж­ны ещё зна­ния, как молить­ся, когда молить­ся. А что ты ещё дела­ешь в тече­ние дня поми­мо молит­вы? Дела­ешь мно­го-мно­го вся­ких вещей и дел. И нуж­ны зна­ния для того, что­бы делать это пра­виль­но, в пра­виль­ное вре­мя. Сер­гий, он учил.

- Сер­гий учил. Ты знал Сер­гия лично?

- Да. Он дал зна­ния мне и не толь­ко мне.

- Ска­жи, а Сер­гия уже нет во пло­ти. Мож­но ли про­дол­жать учить­ся по тому насле­дию, кото­рое он оставил?

- Он знал.

- Ты уче­ник Сер­гия Радонежского?

- Да.

- По пово­ду насле­дия. Здесь я воз­вра­ща­юсь к тво­е­му вопро­су о молит­ве и рели­гии. Насле­дие читать, изу­чать мож­но и… нуж­но – сло­во хоте­ло сорвать­ся, но затор­мо­зи­ло на язы­ке. Изу­чать насле­дие мож­но, но ниче­го не заме­нит знаний.

- Зна­ний. Я пыта­юсь понять, зна­ния ‑это то, чему учит дру­гой зна­ю­щий чело­век и это ещё и опыт?

- Не толь­ко опыт – знания.

- То есть зна­ния – это то, что ты полу­чишь толь­ко через дру­го­го зна­ю­ще­го человека?

- А как ты их ещё получишь?

- Про­чи­тать.

- Если этот зна­ю­щий чело­век это напи­шет, то ты получишь.

- То есть фор­ма может быть разная?

- Да, источ­ник дол­жен быть правильный.

- Пожа­луй­ста, научи сей­час ту, кто к тебе при­шла, выбрать самый пра­виль­ный для неё источник.

- Это слож­но. В себе искать источ­ник на дан­ный момент вре­ме­ни. Молить­ся. Не рас­пус­кать дух, не рас­пус­кать тело, быть собранной.

- По фак­ту он тебе дал прак­ти­ку – до рас­све­та молит­ва и ты пони­ма­ешь, какая?

- Спро­си, пусть посо­ве­ту­ет, как имен­но тебе это делать.

- Про­сто начи­нать с молит­вы обыч­ных, кото­рые есть. Пото­му что там какие-то дру­гие были. Нет у меня этих зна­ний. С дру­гой сто­ро­ны, я пони­маю это настро­е­ние. Там не рабо­леп­ство­ва­ние, там еди­не­ние было со всем миром. Через в том чис­ле и Хри­ста. Интересно.

- А как выбрать своё?

- Про­сто делать. Не тако­го как выбрать, про­сто делать.

- Сей­час почув­ствуй, может быть, что-то ещё у него хочешь уточнить.

- Я сей­час там, а там осо­бо нет тако­го, что хочет­ся уточ­нить, созна­ние другое.

- Я пра­виль­но пони­маю, уче­ник Сер­гия Радо­неж­ско­го, когда-то Мария была имен­но такой, это её опыт?

- Один из.

- Ты можешь назвать вре­мя, год, по наше­му летоисчислению?

- Нет такой инфор­ма­ции, скрыто.

- А мож­но Мария будет при­хо­дить к тебе за зна­ни­я­ми, учить­ся у тебя можно?

- Я так ска­жу, что зна­ния эти в ней есть. Но ей надо укреп­лять тело и дух. Это то, что надо делать преж­де все­го. Быть про­яв­лен­ны­ми зна­ния могут быть, если готов дело или дух подо­бен лисице.

- Это как?

- (сме­ёт­ся) Когда хво­стом то впра­во, то вле­во, бега­ет и сле­ды заметает.

- Она зна­ет это, да?

- Да.

- Хоро­шо. Тогда про­сто сопро­вож­дай её, пожа­луй­ста, на пути. Вни­ма­ния дай ей, под­держ­ки, или сей­час, может быть, дашь.

- Я сей­час её гла­за­ми смот­рю на то, что про­ис­хо­дит сей­час. Кон­цен­тра­цию как-то поте­ря­ли люди ‑то, что я вижу. Какая-то…слово пыта­юсь най­ти для это­го. Шата­ние, раз­брод, раз­ру­ха духа у людей.

- В твои вре­ме­на по-дру­го­му было.

- И так было тоже, но не у всех. Было и так. Было по-дру­го­му. Но я не исклю­чаю, что и сей­час так же всё. И раз­ру­ха есть, и какая-то дру­гая сто­ро­на есть, про­сто я вижу гла­за­ми девуш­ки. Она так видит – она видит разруху.

- Ты зна­ешь, у неё сей­час не самый лёг­кий пери­од в жиз­ни, а мож­но ты загля­нешь, посмот­ришь, как она живёт, может быть, какой-то сво­ей муд­ро­стью поде­лишь­ся, что­бы ей лег­че было?

- Я ей ска­зал, что надо делать, что тут ещё добавить.

- Да, она зна­ет, слы­шит от тебя и кажет­ся, даже гото­ва. Есть ли что-то, что она мог­ла бы пере­дать дру­гим людям?

- А они спрашивали?

- Я спро­шу. В эту эпо­ху раз­бро­да, раз­ру­хи, шата­ния, по край­ней мере там, где Мария это чув­ству­ет, что бы мог­ло помочь боль­шей кон­цен­тра­ции, укреп­ле­нию духа и тела? Обыч­ный чело­век что может сделать?

- Захо­теть это­го. Это пер­вый шаг.

- А второй?

- Делать.

-Молит­ва?

- Это то, с чего начать. В пра­виль­ное вре­мя. Глав­ное – время.

- Боль­шое тебе спа­си­бо, Пере­свет. Ты можешь пока­зать момент сво­ей физи­че­ской смер­ти, как она прошла?

- Я был готов.

- У тебя очень креп­кое тело, оно тоже было готово?

- Я знал это, был готов. Всё было гото­во. Я это тело, дух, душа. Я знал, что будет так. И я ушёл быстро.

- А давай сей­час Мария под­ни­мет­ся вме­сте с тобой, ощу­ще­ние выхо­да из тела, и очень инте­рес­но, куда ты путе­ше­ству­ешь даль­ше, после физи­че­ской смерти.

- Это тоже инфор­ма­ция секретная.

- Дай то, что мож­но дать, почув­ство­вать, может быть. Мы бла­го­да­рим тебя. Маша, побудь там столь­ко, сколь­ко надо, и будем возвращаться.

- Высо­кий такой, 1,90 точ­но, выше меня.

- Как ты дума­ешь, его при­чис­ля­ли к лику свя­тых, кано­ни­за­ция? Было такое?

- Мне поче­му-то сей­час такие сло­ва идут, что людям все­гда надо…люди не ценят, не могут вос­при­нять при жиз­ни, но им нуж­на смерть, что­бы не то чтоб оце­нить, а мочь сопри­кос­нуть­ся с этой силой. Им нуж­на смерть. А смысл в том, что­бы ощу­щать это дви­же­ние, кото­рое эту силу…но она при жиз­ни, и она в момен­те. В этом весь смысл, что­бы в момен­те, с пото­ком жиз­ни. Слить­ся и быть в еди­не­нии. А вот эта кано­ни­за­ция ‑это жела­ние оста­но­вить поток жиз­ни, его зафик­си­ро­вать, что­бы мож­но было его понять и начать ему пре­кло­нять­ся. Дере­во же не пыта­ет­ся оста­но­вить ветер для того, что­бы его ува­жать или понять каким-то обра­зом. Оно про­сто отда­ёт свои вет­ви и гнёт­ся под этим вет­ром, ура­га­ном или лёг­ким ветер­ком. Оно при­ни­ма­ет фор­му вет­ра. А когда ты кано­ни­зи­ру­ешь дере­во, оста­нав­ли­вать ветер, для того что­бы его понять и начать поклоняться…Это абсурд. Вот дере­вья зача­стую умнее людей.

- Посмот­ри, пожа­луй­ста, где его тело, похо­ро­нен или какой был обряд.

- Триз­на была.

- А тер­ри­то­ри­аль­но пони­ма­ешь, где это?

- Евро­пей­ская часть. Костёр был погребальный.

- А с пра­хом что сделали?

- Инте­рес­но. Часть пусти­ли по реке, часть раз­ве­я­ли по вет­ру, часть ушла в землю.

- Три части получилось?

- Четы­ре, и часть сго­ре­ла просто.