За гранью: Контракт его души (глава 4)

Редак­ция: Если рас­смат­ри­вать исто­рию – как путе­во­ди­тель, то на что преж­де все­го надо опи­рать­ся совре­мен­но­му чело­ве­ку, что­бы видеть мир в его истин­ном све­те? Как и над чем (в сво­ей вопло­щен­ной сущ­но­сти) надо рабо­тать?

Оль­ген: «Я часто стал­ки­ва­юсь с настав­ле­ни­я­ми в плане рабо­ты над собой, углуб­лен­но­стью в духов­ные прак­ти­ки, меди­та­ции. Отве­тить на этот вопрос — зна­чит по сути сде­лать под­коп под фун­да­мент с тру­дом выстро­ен­ных поня­тий ищу­щих. Или Иду­щих. Не риск­ну. Смыс­лом все­го, что я хоте­ла бы напи­сать под общим псев­до­ни­мом было бы имен­но про­жи­ва­ние сво­е­го Пути. Доб­ро­со­вест­ное и тер­пе­ли­вое пото­му, что запла­ни­ро­ва­но было до рож­де­ния и обду­ма­но, про­счи­та­но очень тща­тель­но. Конеч­но схо­дить с доро­ги нико­му не воз­бра­ня­ет­ся, на обо­чине если не застря­нешь, то доро­гу дру­гим сде­ла­ешь шире, кра­соч­нее. И все же гораз­до удоб­нее, когда тебе гово­рят «ты туда не ходи, ты сюда ходи. Снег на шап­ка упа­дет, совсем мерт­вый будешь». Сид­хи при­хо­дят есте­ствен­ным спо­со­бом, когда идешь вер­ной доро­гой, това­рищ. У Эль Мории спро­си­ли, как он достиг воз­не­се­ния. Я про­сто при­нял мил­ли­он пра­виль­ных реше­ний». Что-то как-то так. И еще воз­мож­ность най­ти созвуч­ную соб­ствен­но­му уров­ню инфор­ма­цию — это бес­цен­ный дар с моей точ­ки зре­ния. В свое вре­мя я испу­га­лась необъ­яс­ни­мых спо­соб­но­стей и до сих пор пря­чусь от них. Хоро­шо, что были люди, кото­рые рас­ска­за­ли как отка­зать­ся от ясно­ви­де­ния, вер­нее ясно­зна­ния. А будь боль­ше инфор­ма­ции все было бы ина­че. Навер­ное. Это отча­сти ответ на сле­ду­ю­щий вопрос.»

Глава 4. Бесплотный спасатель.

Поезд мчал­ся по очень кра­си­во­му месту: с одной сто­ро­ны воз­вы­ша­лась гора, а с дру­гой сто­ро­ны обрыв и чуд­ный вид на доли­ну. Неболь­шой обрыв, мет­ров семь, но если поезд сой­дет с рель­сов – это­го будет доста­точ­но для боль­шой про­бле­мы. А про­бле­ма наме­ча­лась. Ина­че зачем бы Ген­на­дию там быть? То ли опол­зень, то ли еще что меша­ло сво­бод­но­му дви­же­нию поез­да – точ­но не понят­но. Нуж­но было оста­но­вить или хотя бы сни­зить ско­рость.

Гена появил­ся на рель­сах перед поез­дом, пода­вая сиг­нал оста­нов­ки. Маши­нист про­тер гла­за и трях­нул голо­вой. Он пони­мал, что здесь без­люд­ное место, пони­мал, что вне­зап­но люди не появ­ля­ют­ся на пути. Что ж, он был прав. Муж­чи­на исчез так же вне­зап­но. Одно «но»: это­го муж­чи­ну виде­ли оба маши­ни­ста. Оба тряс­ли голо­ва­ми и тихо, про себя, недо­уме­ва­ли.

Гена пред­ста­вил сема­фор так отчет­ли­во, что он появил­ся. Крас­ный свет гово­рил об оста­нов­ке и для маши­ни­ста авто­ма­ти­че­ски слу­жил сим­во­лом опас­но­сти. Одна­ко раци­о­наль­ный склад ума трез­во­мыс­ля­щих муж­чин, управ­ля­ю­щих поез­дом с пас­са­жи­ра­ми, не допус­кал воз­мож­но­сти вне­зап­но­го воз­ник­но­ве­ния сема­фо­ра на зна­ко­мой доро­ге. И из этой затеи у Гены тоже ниче­го не полу­чи­лось.

- Как-то мне все же стран­но. Чер­тов­щи­на какая-то про­ис­хо­дит на доро­ге, – ска­зал маши­нист.
– Ты тоже что-то видел? – осме­лел помощ­ник маши­ни­ста.
– Мужик на доро­ге кры­лом машет, сема­фор опять же… как-то это не того, не пил я.
– Может, оста­но­вим­ся – Уфу пом­нишь? – нере­ши­тель­но пред­по­ло­жил помощ­ник.
– А гра­фик? Мы чем теперь объ­яс­ним оста­нов­ку? Дис­пет­чер по ..ет, да и началь­ство тоже.
– Да и то. Сол­неч­ная актив­ность. Маг­нит­ные бури.
– Васи­лий Пет­ро­вич, 800 мет­ров впе­ре­ди рель­сов нет! СТОП!!
Гля­ди-ка, разъ­е­ха­лись в раз­ные сто­ро­ны!
– Да иди ты! А, точ­но! Не зря нам тот мужик при­ви­дел­ся, ой, не зря! Думал, зада­вим, аж дух захва­ти­ло. Сема­фор-то про­еха­ли, но на марш­ру­те его нет, – зна­чит и вправ­ду нет. А чело­век…, а он, видать и не чело­век был, – рас­суж­дал маши­нист, как бы ото­дви­гая реше­ние про­бле­мы до пол­ной оста­нов­ки поез­да.

Поезд со скре­же­том оста­но­вил­ся. Маши­ни­сты выско­чи­ли из каби­ны и уви­де­ли…, что рель­сы были на месте и в пол­ном поряд­ке. Тихо наме­ча­лась взбуч­ка от началь­ства. При­шлось идти щупать… рель­сы. Кол­лек­тив­ные глю­ки силь­но поко­ле­ба­ли само­уве­рен­ность дво­их опыт­ных маши­ни­стов, но не зря! Опол­зень был мет­рах в ста от них. Сле­ва от обры­ва.

Не хва­ти­ло у Ген­ки в такой экс­трен­ной ситу­а­ции фан­та­зии, что­бы сра­зу и одно­знач­но пока­зать людям про­бле­му. Надо бы еще поучить­ся это­му. Вот он и решил заско­чить в Новую Зелан­дию, где выпал град. Снег, град были про­сто уди­ви­тель­ны в этих местах. Поче­му-то уби­ло несколь­ко кошек. Они, что, не смог­ли спря­тать­ся?

Фер­ме­рам при­шлось не слад­ко, людям достав­ля­ло мно­го про­блем. Тем­пе­ра­ту­ра долж­на была пони­зить­ся до минус 15 гра­ду­сов. Это гибель сель­хоз­куль­тур, да и мно­го­го в этой теп­лой стране. Гена молил­ся, про­сил защи­тить людей и при­ро­ду, смяг­чить кар­му. Что ему уда­лось выпро­сить – будет извест­но из ново­стей по ТВ. Если, конеч­но, сочтут нуж­ным ска­зать об этом. Когда полу­ча­ет­ся предот­вра­тить, смяг­чить удар, то в ново­стях упо­ми­на­ют вскользь. Это про побе­ду на выбо­рах кри­чат дол­го и по всем рос­сий­ским кана­лам, будь то побе­да в Вели­кой Оте­че­ствен­ной или побе­да на выбо­рах той стра­ны, где прой­дут оче­ред­ные Олим­пий­ские игры. А вот жизнь какой-то сек­ре­тар­ши – важ­но. И вре­ме­ни оста­ет­ся на сон совсем немно­го, нуж­но спе­шить даль­ше.

Моло­дая жен­щи­на была акку­рат­но и скром­но оде­та. Совсем недав­но она вышла на рабо­ту после дол­го­го пере­ры­ва. Совсем недав­но она жила бла­го­по­луч­ной жиз­нью замуж­ней жен­щи­ны со все­ми состав­ля­ю­щи­ми семей­но­го сча­стья. Муж хоро­шо зара­ба­ты­вал, доч­ка рос­ла на радость роди­те­лям и бабуш­ке, в доме было уют­но и спо­кой­но. И вдруг – ава­рия. Муж дол­го лежал в боль­ни­це, а теперь слег­ла и ее мать. Все сбе­ре­же­ния ушли, как буд­то рас­тво­ри­лись в море слез, про­ли­тых украд­кой от малыш­ки. При­шлось искать рабо­ту, сроч­но.

Быть сек­ре­та­рем у лове­ла­са – тяж­кая ноша. Кому-то это в радость, кому-то в тягость, а кому-то – хоть в пет­лю лезь. Это, конеч­но, не такой уж кри­ти­че­ский слу­чай, но помощь поче­му-то была нуж­на.

Усло­вия ее рабо­ты были понят­ны. Зар­пла­та тысяч 9–10. Началь­ник обе­щал выпла­тить после неко­то­ро­го вре­ме­ни рабо­ты 25 тысяч. Здо­ро­во! Здо­ро­вей неку­да, ска­жет тот, кто пони­ма­ет в чем дело. Жен­щи­на поня­ла не сра­зу. Усло­вия? Усло­вия опять-таки, понят­ны. Что делать? При­нять усло­вия, при живом люби­мом муже. Невы­но­си­мо даже думать об этом. Уво­лит. При­дет­ся воз­вра­щать «неот­ра­бо­тан­ные» день­ги, искать дру­гую рабо­ту, ждать пер­вой зар­пла­ты… и это тоже невы­но­си­мо.

Жен­щи­на маши­наль­но выпол­ня­ла свою рабо­ту, пока у нее было еще вре­мя на раз­ду­мье, и оста­ва­лась надеж­да, что «само рас­со­сет­ся». Посе­ти­тель­ни­ца жда­ла при­е­ма воз­ле каби­не­та началь­ни­ка. Сим­па­тич­ная посе­ти­тель­ни­ца, рас­по­ла­га­ю­щая к себе зре­лая дама. И эта дама рабо­та­ла в … в каком же отде­ле? Навер­ное, не важ­но. При­шла она по дру­го­му вопро­су к началь­ни­ку это­го част­но­го пред­при­я­тия, по бумаж­но­му вопро­су. Ее долж­ность и место рабо­ты здесь нико­го не инте­ре­со­ва­ли и не долж­ны были инте­ре­со­вать – не пере­се­ка­лись. Но долж­ны теперь пере­се­кать­ся. Гена это знал и хотел это­го. Толь­ко как? Что он мог сде­лать в том состо­я­нии, в кото­ром он был сей­час, соблю­дая пра­ви­ла пове­де­ния в мате­ри­аль­ном мире? Как не вылез­ти за рам­ки сте­рео­ти­пов мыш­ле­ния сон­но­го чело­ве­че­ства? Чуде­са в общем-то не воз­бра­ня­ют­ся, но в опре­де­лен­ном месте и в опре­де­лен­ное вре­мя. Да и нет чудес, есть та или иная сте­пень зна­ния, поз­во­ля­ю­щая вый­ти за рам­ки сте­рео­ти­пов пове­де­ния. Толь­ко шоки­ро­вать рабо­та­ю­щую пуб­ли­ку никак нель­зя, хотя ино­гда при­хо­дит­ся.

Рас­суж­дай, не рас­суж­дай, а при­дет­ся что-то делать, при­чем в нуж­ном рус­ле.
Сек­ре­тарь ойк­ну­ла и рез­ко обер­ну­лась. Посе­ти­тель­ни­ца обра­ти­ла на нее вни­ма­ние. Сек­ре­тар­ша опять накло­ни­лась над бума­га­ми, стоя у сто­ла. Опять рез­ко выпря­ми­лась и густо покрас­не­ла. Ози­ра­ясь, села на свое место. Но когда Гена пере­стал щипать ее за мяг­кое место чуть пони­же спи­ны, она успо­ко­и­лась. Может ей и поме­ре­щи­лось, но Ген­на­дию-то – нет. Посе­ти­тель­ни­ца смот­ре­ла на покрас­нев­шую и сму­щен­ную сек­ре­тар­шу – и всё, и ниче­го боль­ше.

– «При­дет­ся поку­сить­ся на свя­тое», – поду­мал Ген­ка. Объ­ек­том вни­ма­ния ста­ла грудь.
И тут сле­зы хлы­ну­ли у бед­ной жен­щи­ны пря­мо на гла­зах у посто­рон­не­го чело­ве­ка.

- «Ну, сла­ва Богу, лёд тро­нул­ся», – кон­ста­ти­ро­вал Гена. Осталь­ное было за той, что мог­ла понять бед­ную сек­ре­тар­шу с ее про­бле­ма­ми.

Будь посе­ти­те­лем муж­чи­на, дело было бы гораз­до труд­нее. Ниче­го не ска­за­ла посе­ти­тель­ни­ца во вре­мя сво­е­го визи­та к началь­ни­ку о пере­жи­ва­ни­ях его сек­ре­тар­ши. Она это сде­ла­ет свер­ху, с того уров­ня, что недо­сту­пен это­му малень­ко­му чинов­ни­ку. Не совсем он был малень­ким с точ­ки зре­ния роста, а очень даже не малень­ким кра­си­вым муж­чи­ной, импо­зант­ной внеш­но­сти, с холе­ны­ми силь­ны­ми рука­ми. Толь­ко силу он при­ла­гал не там и не так. Это попра­ви­мо.
Гена проснул­ся с доволь­ным хихи­ка­ньем. Сам ведь был муж­чи­ной. А поче­му – был? Он и сей­час муж­чи­на. Рядом люби­мая жен­щи­на, кото­рой нуж­но все сроч­но рас­ска­зать, пока есть вре­мя. А что если она ока­за­лась бы на месте той сек­ре­тар­ши?

А ведь спу­стя вре­мя все же было дока­за­тель­ство прав­ди­во­сти того слу­чая с рель­са­ми. Я вспо­ми­наю, как при­е­хал к нам наш ста­рый зна­ко­мый поде­лить­ся сво­и­ми дости­же­ни­я­ми: не выдер­жал, ушел от жены с ее запро­са­ми и очень непло­хо стал жить само­сто­я­тель­но. Он рабо­тал мно­го лет маши­ни­стом поез­да. У нас с Геной сра­зу воз­ник­ла догад­ка: а вдруг? Вокруг да око­ло, но мы осто­рож­но под­ве­ли это­го зна­ко­мо­го к стран­ным слу­ча­ям в доро­ге. И вот! Оно! То самое! И было имен­но с ним! Ух, до чего же мы с Ген­кой сомни­тель­ные, в смыс­ле сомне­ва­ю­щи­е­ся. Что уж гово­рить о дру­гих.

- Ты хочешь, что­бы я все это напи­са­ла?
– Я? Не хочу, но при­дет­ся, а то не отста­нут, – ска­зал Ген­на­дий.
– Что, силь­но при­ста­ют? – спро­си­ла полу­шут­ли­во Юля, поще­ко­тав Ген­ку.
– Не то, что­бы силь­но, не то что­бы при­ста­ют. А ты сама как дума­ешь: нуж­но все это дер­жать в себе? – задум­чи­во ска­зал он, слег­ка ото­дви­нув­шись он от нее.
– Не знаю, как в тебе, но и в мене дер­жать труд­но. Вдво­ем даже труд­но.
– Так что же тебя оста­нав­ли­ва­ет?
– А никто не пове­рит во все это. Обыч­но если с тобой это­го не слу­ча­лось, зна­чит и вовсе не быва­ет. – Юля зна­ла это по себе, зна­ла по той себе, когда счи­та­лась «под­ко­ван­ной» ате­ист­кой.
– Если ты рас­счи­ты­ва­ешь на широ­кую пуб­ли­ку, то вся эта «пуб­ли­ка» по-раз­но­му отно­сит­ся к неиз­вест­но­му. Толь­ко душа у всех устро­е­на оди­на­ко­во и она зна­ет, а не про­сто верит.
– Ты прав, дей­стви­тель­но – это спя­щее созна­ние не пус­ка­ет нару­жу веру и соб­ствен­ную память, свои же зна­ния. Зна­чит, мое дело запи­сать, а их дело – про­чи­тать. Пусть отло­жит­ся где-то в памя­ти до поры до вре­ме­ни.

И ей дей­стви­тель­но не при­хо­ди­лось сидеть, гля­дя на чистый лист, изны­вая в твор­че­ских муках. Она едва успе­ва­ла запи­сы­вать все новые и новые исто­рии мужа, кото­рые в свою оче­редь буди­ли и ее соб­ствен­ную память. Порой она не успе­ва­ла понять, что это: то ли про­дол­же­ние преж­не­го вос­по­ми­на­ния, то ли новый кусок жиз­ни. А в пере­ры­вах меж­ду путе­ше­стви­я­ми во вре­ме­ни Ген­на­дий рас­ска­зы­вал то, что еще не появи­лось в ново­стях, но уже про­ис­хо­дит в мире. Ему при­хо­ди­лось раз­гре­бать зава­лы после зем­ле­тря­се­ний, помо­гать нахо­дить людей под зава­ла­ми, спа­сать тех, кого достать не мог­ли подол­гу, обе­ре­гая их от смер­ти.
Он научил­ся управ­лять той сво­ей тон­кой состав­ля­ю­щей чело­ве­че­ско­го тела, кото­рая не вид­на физи­че­ско­му зре­нию. Управ­лять так, что­бы дей­ствия про­яв­ля­лись в мире фор­мы и мог­ли помочь в физи­че­ском мире. Как он попа­дал туда, где его помощь была необ­хо­ди­мо­стью – он и сам не знал. Он дал согла­сие ТАМ и коман­ди­ров­ки теперь мало зави­се­ли от него. Этим зани­ма­лось Небес­ное МЧС. И как бла­го­дар­ность за помощь для него устра­и­ва­ли супер­от­дых, уль­тра­пу­те­ше­ствия.

0 комментариев

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *